Ему было семьдесят. Он боролся с внутренним кровотечением. От смерти его отделял всего один дюйм —
и всё же он заставлял людей улыбаться.
30 марта 1981 года, 14:27.
Через заднюю дверь вашингтонского отеля Washington Hilton вышел Рональд Рейган после выступления на профсоюзном мероприятии. Он помахал небольшой толпе за ограждением.
И вдруг шесть выстрелов разорвали тишину послеобеденного часа.
Агент Секретной службы Джерри Парр схватил Рейгана и буквально вбросил его в президентский лимузин — с такой силой, что Рейган решил: у него сломано ребро.
Машина мгновенно тронулась.
— Джерри, слезь с меня, — раздражённо сказал Рейган. — Похоже, ты сломал мне ребро.
Затем он закашлялся.
Из горла хлынула алая, пенящаяся кровь.
Парра сковал ужас.
Это было лёгочное кровотечение.
В президента стреляли.
Лимузин резко сменил маршрут и помчался к ближайшей больнице — George Washington University Hospital. Всего два километра — но теперь каждая секунда решала судьбу человека, президентства, целой нации.
Пуля была калибра .22. Она рикошетом отскочила от бронированного автомобиля, деформировалась и попала Рейгану в грудь под левой рукой.
Пробила лёгкое, полностью его сплющила — и остановилась всего в дюйме от сердца.
Лицо Рейгана посерело.
Давление стремительно падало.
Он потерял почти половину крови.
Когда машина резко остановилась у входа в больницу, Рейган не позволил себя вынести.
Он был президентом Соединённых Штатов.
И войдёт внутрь сам.
Он вышел из автомобиля.
Поправил пиджак.
И пошёл к дверям.
Сделал пятнадцать шагов.
А потом ноги подкосились.
Сначала он опустился на колени — а затем потерял сознание.
Врачи мгновенно окружили его.
Давление было 60/0 — почти несовместимое с жизнью.
Ему разрезали пиджак.
Он был полностью пропитан кровью.
В Белом доме Нэнси Рейган обедала, когда раздался звонок.
Когда она приехала в больницу, мужа уже готовили к операции.
Она увидела его лишь на мгновение.
Рейган был бледен. Дышал с трудом. Было видно, что ему больно.
И всё же он улыбнулся.
— Дорогая, — сказал он, — я забыл пригнуться.
Это была старая фраза, которую когда-то сказал легендарный боксёр Джек Демпси своей жене после поражения.
Рейган — с пулей в груди и кровью в лёгких — даже тогда шутил.
Нэнси попыталась улыбнуться в ответ.
А затем его увезли в операционную.
Перед операцией врачи уже ждали.
Рейган посмотрел на них в зелёных халатах.
Он не спрашивал о своих шансах.
Не показывал страха.
Лишь взглянул на главного хирурга Джозеф Джордано и сказал:
— Надеюсь, вы все республиканцы.
В комнате на мгновение воцарилась тишина.
Затем Джордано ответил:
— Сегодня, господин президент, мы все республиканцы.
Рейган улыбнулся.
И началась операция.
Она длилась почти три часа.
Врачи извлекли пулю.
Восстановили лёгкое.
Удалили кровь из грудной клетки.
В какой-то момент Рейган перестал дышать.
Врачам пришлось вручную поддерживать дыхание, пока лёгкое вновь не заработало.
Но он выжил.
Когда пришёл в себя, не мог говорить из-за трубок в горле.
Он написал на листке:
«В целом я бы предпочёл быть в Филадельфии».
Это была шутка комика В. С. Филдс.
Даже тогда — вернувшись с грани смерти — он успокаивал других.
Нападавшим был Джон Хинкли-младший — психически нестабильный молодой человек, одержимый актрисой Джоди Фостер.
Фильм Таксист он пересмотрел пятнадцать раз и верил, что покушение привлечёт её внимание.
Ещё трое человек были ранены:
Джеймс Брейди — пресс-секретарь Белого дома
Тим Маккарти — агент Секретной службы
Томас Делаханти — полицейский
Через двенадцать дней Рейган вышел из больницы на собственных ногах.
Улыбался.
Махал камерам.
Через тридцать девять дней после стрельбы он выступил в Конгрессе. Весь зал аплодировал стоя.
Многие спорят о политике Рональда Рейгана.
Можно обсуждать его решения, наследие, роль в истории.
Но одно — бесспорно.
В тот момент —
с пулей в груди, с collapsed лёгким, на грани жизни и смерти —
он выбрал юмор вместо страха.
Он не позволил людям увидеть его ужас.
Он подарил им улыбку.
«Надеюсь, вы все республиканцы».
Одно предложение.
Сказанное человеком, который был в шаге от смерти.
И, возможно, это была не просто шутка.
А выбор — каким человеком оставаться даже тогда, когда вокруг всё рушится.
Рита Кроо