В 2004 году на экраны страны вышел 11-серийный фильм «Штрафбат», получивший горы хвалебных отзывов кинокритиков. Однако - не историков. Сериал подаётся как «тяжелая правда о войне», но как считается, с правдой он не имеет ничего общего.
«Все рекорды исторических «ляпов», нелепых домыслов и прямой лжи побил телесериал «Штрафбат», старательно протаскивающий мысль, что штрафники-де «выиграли войну», хотя на самом деле численность штрафных частей не превышала 1,24% от численности советских Вооруженных сил». Так отозвался о сериале автор книги о штрафбатах, российский военный историк Юрий Рубцов. И в этих подсчётах он был скрупулезно точен. Сегодня известно, что в годы войны через различные штрафные воинские формирования (батальоны, роты, эскадрильи) прошло 427 910 человек - это чуть более 1,2 % из 34 476 700 человек, прошедших через Вооруженные силы СССР.

Тема штрафбата была воплощена на киноэкране ещё в сталинские времена: никто и не думал скрывать от зрителей ни сам факт существования штрафных подразделений, ни реальный вклад штрафников в Победу. Сталин лично ознакомился с пьесой (которая стала основой для будущего фильма), посчитал её назидательной и дал добро на её экранизацию. Это была пьеса классика советской литературы Бориса Лавренёва, за которую драматург в 1946 году был удостоен Сталинской премии 1-й степени. А уже в марте 1948 года в СССР состоялась премьера художественного фильма о штрафниках «За тех, кто в море». Актёр Михаил Жаров, исполнивший главную роль, тоже получил Сталинскую премию.
Правдоподобность и достоверность поднятой в этой картине темы не оставляет сомнений - её консультировали специалисты высшей категории, среди которых были военно-морские авторитеты, знавшие о войне не понаслышке. Контр-адмирал Виктор Чероков и капитан III ранга Андрей Бондарчук, к примеру, воевали на торпедных катерах и участвовали в десантных операциях.
С трусами, паникёрами и дезертирами боролись всегда и в любой армии мира. Под разными названиями - штрафные, исправительные, дисциплинарные, - но такие части были и в британской, и в финской, и в германской армиях. В вермахте были даже две разновидности штрафбатов: в одни направлялись политически неблагонадёжные граждане и уголовники, которым долго даже не доверялось оружие, а в других воевали нарушители воинской дисциплины. Красная Армия тоже не стала здесь исключением. Приказом наркома обороны СССР от 28 июля 1942 гола № 227, более известным под неофициальным названием «Ни шагу назад!», в советских Вооруженных силах были учреждены штрафные части как особые воинские формирования, предназначенные для отбывания военнослужащими наказаний за уголовные и воинские преступления, которые были совершены ими в военное время.
⠀
Идя на этот шаг, Верховное Главнокомандование опиралось на опыт прошлого. Создание такого рода частей в Красной Армии уже имело место раньше: первые штрафные батальоны появились ещё в годы Гражданской войны, в 1919 году. «Большевистские руководители, хорошо знавшие массовую психологию, отдавали себе полный отчёт в том, что человека способны заставить идти под вражеский огонь, на смерть не только «пряники» — пламенные призывы, награды или перспектива карьерного роста, но и «кнут». Были востребованы крайние, крутые меры, сопоставимые с той опасностью, которой человек подвергался на поле боя», - пишет Юрий Рубцов.
⠀
Революционные военные трибуналы широко практиковали в отношении дезертиров такую меру наказания, как направление в штрафную роту с условным смертным приговором. Фактически эти приговоры в исполнение не приводились, так как большинство осужденных либо искупали свою вину, либо погибали в боях. Всего в стране за семь месяцев 1919 года были осуждены 95 тыс. злостных дезертиров, из которых больше половины было направлено в штрафные части, а 600 человек - расстреляны. В разряд штрафников переводились также красноармейцы, уличенные в саморанениях, или, как называли позднее, в членовредительстве. Но не только за дезертирство или членовредительство можно было угодить в штрафной батальон, но и за мародёрство, неисполнение приказа или спекуляцию продовольствием.
⠀
Бытует легенда, что непосредственным поводом к учреждению штрафных частей стало чрезвычайное происшествие, о котором доложили самому Сталину. Якобы некий летчик убил жену и её любовника и, будучи приговорённым к расстрелу, обратился к вождю с просьбой дать ему возможность умереть в бою. Легенда гласит, что Сталин помиловал его, а чтобы у таких преступников в погонах была возможность смыть вину кровью, приказал учредить штрафбаты.
⠀
Похожая история с неким офицером, но с иной концовкой, действительно, имела место. О ней своим югославским гостям рассказал сам Сталин на ужине в апреле 1945 года. Советский вождь тогда поведал историю о неком майоре-лётчике, который «пошалил с женщиной», а когда за неё вступился «рыцарь-инженер», застрелил соперника. Сталин, воспользовавшись правом, предоставленным ему как Верховному Главнокомандующему на время войны, освободил майора и отправил его на фронт. «Сейчас он один из героев, — сказал хозяин застолья и добавил: — Воина надо понимать».
Тогда же на вопрос члена югославской делегации М. Джиласа, упрекнувшего военнослужащих РККА в неподобающем поведении на освобождаемых территориях Европы, Сталин ответил так: «Мы открыли тюрьмы и всех взяли в армию… Красная Армия не идеальна». Но при этом расставил свои акценты: «Важно, чтобы она била немцев — а она их бьёт хорошо, — всё остальное второстепенно».
⠀
В соответствии с Приказом № 227, в пределах фронта необходимо было сформировать от одного до трёх штрафных батальонов (по 800 человек), куда направлять средних и старших командиров и соответствующих политработников всех родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины; в пределах армий - от 5 до 10 штрафных рот, куда по тем же основаниям направлялись рядовые бойцы и младшие командиры. Штрафное подразделение, где вперемешку служили бывшие уголовники, офицеры и рядовые (как показано в сериале «Штрафбат»), просто не могло существовать в действительности.
Так же в соответсвии с указанным Приказом в пределах каждой армии предписывалось сформировать до пяти хорошо вооруженных заградительных отрядов (до 200 человек в каждом), поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникёров и трусов.
⠀
Что касается сроков пребывания в штрафбате, то в отличие от штрафных подразделений вермахта, где наказание могло быть бессрочным, в Красной армии была верхняя граница наказания — 3 месяца. Такой срок назначался лицам, которым за их преступления в обычных условиях полагалось бы 10 лет заключения.
Срок пребывания в штрафных подразделениях сокращался для тех, кто проявил личное мужество и был отмечен командованием либо получил ранение в бою. Существовало правило — если боец штрафной роты или штрафного батальона получил ранение, требующее госпитализации, он считался «искупившим свою вину кровью» и освобождался от дальнейшего наказания. После этого военнослужащие восстанавливались в прежних званиях, а у бывших уголовников погашались судимости.
⠀
Приказом предписывалось использовать штрафбаты в наиболее опасных, зачастую непредсказуемых, тяжёлых боевых ситуациях. Иначе говоря, штрафников, в сущности, надлежало бросать в схватку с противником там, где боевой устав пехоты был бессилен с точки зрения разумных рекомендаций для сохранения личного состава.
Александр Беляев, назначенный командиром отдельной штрафной роты, вспоминая ужасы войны, рассказывал: «Описать всё, что пришлось пережить, нет возможности, нужно было побыть там самому. Достаточно сказать, что в 23 года я стал седым. Правда, за год и 7 месяцев мне присвоили звания капитан и майор».
Помимо досрочных присвоений очередных званий для офицеров, командовавших подразделениями штрафников, были предусмотрены и другие преимущества: месяц службы им засчитывался за полгода, а так же полагались щедрые награды и особый паёк.
Бывали случаи, когда командир отдельной штрафной роты сам становился штрафником. Так, майор Авдеев рассказывал, как его угораздило попасть в штрафбат.
Рота Авдеева наступала в тяжелых условиях. В течение трех дней ожесточенных боёв за крупный населённый пункт из более чем 500 бойцов потеряли больше половины. А старшина и писарь роты, получая продовольствие после того, как оставшуюся часть роты вывели из боя, «забыли» сообщить о потерях и получили продовольствие на весь списочный состав роты. Образовался хороший запас тушёнки и, главное, солидное количество спиртного. Ну, не сдавать же обратно всё это добро! И решил ротный, коль уж так случилось, устроить поминки по погибшим. Да заодно обмыть награды, которых были удостоены и сам командир роты, получивший третий орден Красного Знамени, и оставшиеся в живых штатные офицеры. Пригласил армейское начальство, с которым имел хорошие контакты, в том числе и из разведотдела штаба армии, даже некоторых офицеров армейского трибунала и прокуратуры.
А вскоре за «злостный обман, повлекший за собой умышленный перерасход продовольствия», оказался на скамье подсудимых и получил 5 лет лишения свободы с заменой двумя месяцами штрафбата. Не помогли ни только что полученная награда, ни присутствие на «поминках» представителей правоохранительных органов.
⠀
Причины, по которым военнослужащие - от рядового до полковника -оказывались штрафниками, судя по архивным документам, были самыми различными. Так, к примеру, подполковник Л.Якунин, командир воинской части, дислоцированной в Саратове, вместе с подчинёнными организовал в местном ресторане застолье, в результате которого «учинил хулиганские действия». Офицер связи 52-й гвардейской танковой бригады лейтенант С.Золотухин в июне 1944 года утерял пакет с секретными документами. А начальник заготовительной группы 65-й мотострелковой бригады капитан П. Денисов, в апреле 1944 года командированный для заготовки зерна и картофеля, пьянствовал, разбазарил вверенное имущество и почти пятьдесят суток не являлся к месту службы. Бывали и такие случаи, о которых рассказывал помощник командира штрафной роты Николай Смирнов.
«Одного бойца направили в штрафроту за то, что он отказывался брать в руки оружие. Его ставили перед строем, грозились расстрелять, а он ни в какую. Мы с политруком поразмыслили, что делать, и придумали. Определили его в санитары, так он вытащил с того света столько наших парней, сколько не каждый фрицев пострелял. Шёл он всегда в первых рядах и живой остался».
⠀
Конечно, опасность погибнуть была у штрафника большой, но всё же не стопроцентной. Человек получал шанс не только сохранить жизнь, но и отличиться в бою. Направление в штрафную часть представляло собой альтернативу крайним мерам: расстрелу, длительному заключению в лагере, оно давало человеку шанс вернуть себе честное имя. Один из таких примеров - воевавший в 45-й штрафной роте Владимир Карпов, ставший впоследствии Героем Советского Союза и известным писателем.
Вот что он писал:
«В 1942 году попал я на Калининский фронт, побывал в опасных переделках. Вёл себя в боях так, что был замечен и отмечен командованием. Отмечен не орденом, не медалью… первая и последняя и самая высокая их (штрафников) награда — это возвращение имени обыкновенного, честного, чистого перед Родиной человека. Такое имя обычно люди носят, даже не подозревая, как оно высоко. Оно для них естественно, как воздух или солнце. А кое-кому приходится получать его с большим трудом — штрафник должен заслужить это имя, искупить свою вину кровью, то есть быть раненным или убитым в бою. В порядке исключения допускалось освобождать из штрафной роты за особое отличие в боях».
⠀
«Были ли штрафники смертниками? Я считаю — да! Когда из 1200 человек в батальоне осталось в строю 48 — это мало?.. Выжить штрафнику было большим счастьем» - говорит ветеран войны Иван Коржик.
⠀
Но были и поистине исключительные случаи. Так, красноармеец Фёдор Головачев трижды попадал в штрафную роту, но тем не менее остался в живых. На 2-м Украинском и 2-м Прибалтийском фронтах в составе штрафных рот дважды смывал вину кровью Николай Сапрыгин и удостоился ордена Ошвы 3-й степени.
Уже в середине 1943 года, когда ход войны стал существенно меняться в лучшую для Красной Армии сторону, уже редки стали паника и отступления в бою, случаи самострелов и уклонения от боя. Появился уже несколько иной контингент штрафников, направляемых на отбытие наказания по другим причинам. За аморальные поступки стали применять штраф-роты. Было объявлено, что венерические болезни будут рассматриваться как сознательное членовредительство для убытия с фронта в госпиталь, и это будет тоже заканчиваться штрафной ротой.
⠀
«Бытует мнение, что штрафные части сыграли решающую роль в войне и они чуть ли не главные творцы Победы. Это заблуждение, - рассказывал ветеран войны Ефим Гольбрайх. - Да, штрафники воевали отчаянно. Но обстановка была такой, что и обычным частям было не легче».
⠀
«Боялись ли немцы штрафников? Вы знаете, наверное, да. Ведь атака подразделения штрафников — это психологическая атака людей, заведомо приговорённых к смерти. Отступать им было нельзя — только вперёд. Представьте себе людей, которые бегут на вас цепь за цепью и орут благим матом», - делился воспоминаниями ветеран войны, Михаил Ключко.
В некоторых публикациях о службе в штрафбатах авторы категорически отрицают факт того, что среди штрафников были представительницы слабого пола: «Женщин в штрафные роты не направляли. Для отбытия наказания они направлялись в тыл…» На самом же деле это не совсем так.
⠀
Если судить по официальным документам, «штрафницы» существовали в Красной Армии на протяжении более года. Началось всё с июля 1942-го, когда вышел приказ №227, и закончилось 19 сентября 1943-го, когда появилась директива Генштаба: «...Женщин-военнослужащих, осужденных за совершённые преступления, в штрафные части не направлять...»
⠀
Вместо штрафбатов и штрафрот отныне предлагалось отправлять провинившийся слабый пол в части действующей армии. Вариантов было несколько: с понижением в должности, в звании на несколько чинов, а то и вовсе рядовыми. За серьёзные проступки трибунал мог приговорить женщину в погонах к отправке в места заключения.
⠀
Исследователи обнаружили в архивах некоторые документы, подтверждающие факт существования женщин-штрафников в период 1942–1943 годов. Вот лишь некоторые из них:
«Чупринина Лидия Филипповна, 1924 года рождения. Последнее место службы — 56-я армия 97-я армейская отдельная штрафная рота 5-го армейского отдельного штрафного батальона 328-й дивизии. Воинское звание: красноармеец. Причина выбытия: убита. Дата выбытия — 9.08.1943...»
«Бранникова Клавдия Васильевна, 1923 г. р. Последнее место службы: 83-я Гвардейская стрелковая дивизия 97-я отдельная штрафная рота. Воинское звание: красноармеец. Причина выбытия: убита. Дата выбытия: 15.03.1943...»
А вот о военнослужащей Кондратьевой, решением трибунала отправленной в штрафники и оказавшейся в составе отдельной штрафной роты, из документов известно, что она отличилась в бою 13 марта 1943-го и после этого была не только освобождена от наказания, но вместе с ещё семью штрафниками из этой роты представлена за проявленное мужество и героизм к награде.
«В штрафбатах старались женщин использовать на вторых ролях, держать по возможности подальше от самой горячки боя. Они служили связистками, санитарками, иногда — снайперами... И во время атаки они уж точно не шли в передних рядах», - говорит историк Вадим Телицын.
⠀
Сколько всего женщин прошло через штрафбаты, неизвестно. Хотя в будущем, возможно, мы это узнаем. Ведь многие документы, относящиеся к комплектованию и действиям штрафных подразделений, до сих пор ещё не рассекречены.
Путешествия во времени
TEREF