Сложившиеся к началу 2026 года диспропорции в российской экономике и назначенное на 1 января повышение налогового бремени, которое сильнее всего ударит по малому и среднему бизнесу, делают острую фазу начавшегося экономического кризиса основным сценарием развития событий. Максимум, на что могут повлиять правительство и Центральный банк – это форма, которую примет этот кризис. По сути, это выбор между массовым банкротством предприятий гражданского сектора с последующим банковским кризисом и обвальной девальвацией рубля, которая приведет к скачку инфляции. Причем не исключено, что в 2026 году реализуются оба сценария.

В том, что в России развивается полноценный экономический кризис, вызванный войной и структурным перекосом в сторону военного производства, сейчас, похоже, не сомневаются даже оставшиеся в России эксперты, как минимум двух вполне авторитетных команд, аналитикой которых пользуется в том числе и российское правительство. Речь во-первых, о Центре макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования. В своем последнем макроэкономическом обзоре, который опубликован 14 декабря, они пишут о том, что к июлю 2026 года в стране с высокой долей вероятности будет зафиксирована рецессия. А во-вторых, об институте народнохозяйственного прогнозирования Российской академии наук. Их прогноз, тоже датированный серединой декабря, констатирует предопределенность ухудшения экономической ситуации в 2026 году. При этом оба отчета оперируют в лучшем случае октябрьской официальной статистикой, а ситуация за последние два месяца года еще ухудшилась. Это касается, как минимум, цен на российскую нефть на внешних рынках (то есть доходов нефтяных экспортеров и федерального бюджета), а также динамики промышленного производства. Опубликованные на днях официальные данные говорят о том, что в ноябре в России впервые с 2022 года зафиксировано падение выпуска по сравнению с аналогичным месяцем прошлого года.

Но вернемся к причинам, которые заставляют говорить уже не просто о кризисе, а о том, что он готов перейти в обвальную или острую фазу. Начнем с бюджета, служившего до 2024 года главным стимулом того экономического роста, который по результатам 2023 и 2024 годов фиксировал Росстат. В 2025 году впечатляющего роста военных расходов и увеличенного в пять раз по сравнению с первоначальными планами дефицита стало недостаточно, чтобы вытащить российскую экономику в плюс.

Уже в 2024 году для того, чтобы прореха в государственных финансах выглядела более или менее пристойно, пришлось пойти на повышение налогов: с 1 января 2025 года налог на прибыль вырос с 20 до 25%, а подоходный налог окончательно попрощался с "плоской" шкалой, которой предыдущие два десятилетия так гордилось правительство. Как показала практика, искомого результата это повышение не принесло – дефицит по-прежнему выходит за рамки разумного. Однако значительная часть населения и гражданский сектор экономики лишились денег, которые были перераспределены в пользу военного производства и тех, кто принимает непосредственное участие в уничтожении людей и ресурсов на поле боя.

Знак у здания Банка России в Москве
Падение цен на нефть в апреле-мае заставило правительство пойти на повышение с 2026 года ставки налога на добавленную стоимость (НДС) с 20 до 22%, а также отменить значительную часть льгот для малого и среднего бизнеса. Однако даже заложенные в бюджет 2026 года 59 долларов за баррель Urals сегодня не выглядят реалистично. После внесения в американские санкционные списки "Роснефти" и "Лукойла" резко выросла скидка, которую российским экспортерам приходится давать на свое сырье к эталонному сорту Brent. В ноябре средняя цена Urals, которая использовалась для уплаты налогов в декабре, была ниже 45 долларов за баррель. А в декабре скидка превысила 40%, а цены опустились до 35-37 долларов за баррель.

Правительство отреагировало на уже неминуемый в начале 2026 года провал поступлений нефтегазовых доходов планом "обеления" экономики, который заключается в ужесточении контроля за уплатой налогов и таможенных пошлин.

Неминуемый рост цен нанесет удар по семейным бюджетам двух третей российских домохозяйств, которые не имеют сбережений и либо тратят все, что зарабатывают, либо уже залезли в долги перед банками или микрофинансовыми организациями. При этом цены вырастут сильнее прогнозов правительства и Банка России из-за того, что значительная часть малых и средних предприятий, которая раньше была освобождена от уплаты НДС, теперь будет вынуждена либо повысить цены не на два, а на 22 процента, либо уйти из бизнеса. Все это, правда, еще не дает повода говорить об "острой" фазе кризиса. Если бы все ограничивалось только этим, вполне уместными были бы многочисленные прогнозы о предстоящем 10-летнем "застое".

Проблема в том, что длящаяся два с половиной года попытка обуздать спровоцированную военными расходами инфляцию при помощи беспрецедентно жесткой денежно-кредитной политики или, проще говоря, запретительно дорогих кредитов, не прошли даром. Побочным эффектом этого "лечения" стал начавшийся в 2025 году резкий рост просроченной задолженности. Другая проблема - неоправданно высокий курс рубля из-за начавшегося после первого звонка Дональда Трампа Владимиру Путину притока "горячих" иностранных денег, привлеченных высокой реальной (то есть с поправкой на инфляцию) доходностью российских государственных и корпоративных облигаций и банковских депозитов. В российских банках скопился приближающийся к 50 триллионам рублей "депозитный навес", часть которого неминуемо выльется на валютный рынок, поскольку является обменянной на рубли валютой иностранных инвесторов.

Начатое Банком России пошаговое снижение ключевой ставки, в результате чего она снизилась с 21% в начале года до 16% в конце, пока мало что изменило. Дело в том, что реальная ставка – то есть разница между ключевой ставкой и официальной инфляцией - по-прежнему больше 10 процентных пунктов, как и в начале года. Именно эта разница, а не номинальный уровень ставки, определяет доступность кредитов и привлекательность депозитов.

А теперь о том, чего ждать в ближайшие месяцы. В январе Россию ждет рост цен, вызванный повышением налогов. Высока вероятность банкротства части малого бизнеса, которая лишится льготы по НДС. Кроме того, уже сейчас очевидно, что и декабрьская статистика, и результаты года будут хуже самых пессимистичных официальных прогнозов. Бюджетный дефицит за 2025 год и за январь 2026 выйдет за рамки, установленные законом о бюджете. Банк России окажется перед весьма непростым выбором. С одной стороны, Владимир Путин четко дал понять, что "плановое замедление" экономики закончилось. И это фактически является прямым указанием продолжать снижение ставки. Плохая статистика и резкое ухудшение кредитного портфеля банков – дополнительный аргумент в пользу дальнейшего смягчения.

Реклама микрокредитной организации, Россия
С другой стороны, рост инфляции и параллельное снижение ключевой ставки рискуют привести к неконтролируемому сходу "лавины", которую создал "депозитный навес". Разгон цен сделает хранение денег на срочных вкладах или покупку облигаций банально невыгодными, и банки столкнутся с бегством вкладчиков, крупные заемщики - с обвалом спроса на корпоративные облигации, а на рынок выплеснется отложенный спрос. Игра на разнице ставок прикажет долго жить. Иностранные инвесторы станут выводить все, что правдами и неправдами вложили в 2025 году в российские доходные инструменты. Девальвация рубля даст дополнительный стимул для повышения цен – теперь уже на импорт. Впрочем, импорт и без того подорожает из-за резко выросшей озабоченности правительства беспошлинным ввозом в страну товаров через "дружественные" страны. Попытка же сделать паузу в снижении ключевой ставки чревата кризисом неплатежей и банковским кризисом. В результате Банку России придется спасать системообразующие банки, накачивая их дешевыми субординированными кредитами, и результат будет тем же. Только перед этим обанкротится гораздо больше предприятий гражданского сектора, а заодно и российских домохозяйств.
Радио Свобода
TEREF