Зимой 1984 года Москва провожала в последний путь Юрия Андропова. А уже на следующий день Пленум ЦК единогласно выбрал нового хозяина Кремля.
Константин Устинович Черненко вышел к трибуне, тяжело дыша. Ему было семьдесят два года, и он еле стоял на ногах. Страна получила генсека, которого мало кто знал в лицо. Человека-тень. Человека без биографии.
Черненко на трибуне
Но биография у него была. И ещё какая.
Родился Черненко в глухой сибирской деревне Большая Тесь, в крестьянской семье. Отец – Устин Демидович – всю жизнь проработал на земле. Мать умерла от тифа, когда Костя был ребёнком. Нищета, холод, трёхклассная школа – вот и всё его детство.
В партию вступил в двадцать лет. Карьера пошла по стандартной линии: комсомол, пропаганда, агитация, районный комитет. Ничего яркого. Ничего выдающегося. Тихий, аккуратный, исполнительный чиновник. Таких в партии были тысячи.
Но именно эта незаметность и стала его главным оружием.
Во время войны Черненко отправили не на фронт, а в Москву – учиться в Высшей школе парторганизаторов при ЦК. Он окончил её в 1945-м и получил назначение в Пензу, секретарём обкома. Казалось бы – прямая дорога вверх. Из Пензы его уже собирались перевести в Центральный комитет.
И тут случилось непредвиденное.
На стол заместителя начальника Управления пропаганды и агитации Дмитрия Шепилова легла бумага. Генерал изучил её – и доложил секретарю ЦК Суслову: 'Товарищ Черненко ненадёжен. Сходится с женщинами и бросает жён с детьми.'
Вместо Москвы Черненко отправили в Кишинёв.
А ведь никто тогда не подозревал, что эта 'ссылка' окажется подарком судьбы. Именно в Молдавии он встретит человека, который через тридцать лет сделает его вторым в стране. Но об этом – чуть позже.
Черненко в молодости
Его первой женой была сибирячка Фаина Васильевна Елисеева. Она работала агрономом. В браке родились двое детей – сын Альберт в 1935 году и дочь Лидия в 1939-м.
Брак распался по вине Черненко. В 1944 году, во время учёбы в Москве, его отправили в командировку в Горьковскую область. И там он познакомился с Анной Дмитриевной Любимовой – невысокой, хрупкой женщиной, членом парткома Наркомата заготовок. Ей был тридцать один год. Ему – тридцать три.
Роман закрутился стремительно. Совместные походы в театры. Концерты в зале Чайковского. А через три месяца Черненко признался во всём жене.
Фаина могла уничтожить его карьеру одним письмом. В те времена достаточно было написать 'куда следует' – и партийному работнику, бросившему семью с двумя детьми, пришёл бы конец. Но она не стала. Дала развод. И молча отпустила мужа.
Почему – неизвестно.
А вот Нина Васильевна Кушнэр – промолчать не смогла.
В 1948 году на имя Шепилова пришло письмо. Гражданка Кушнэр сообщала, что она тоже была женой Черненко. Что они познакомились ещё в 1934-м, через несколько месяцев поженились. Что у них родился ребёнок. Что младенец умер. И что Черненко после этого бросил её в тяжёлом состоянии.
Но и это не всё. Кушнэр перечислила ещё двух женщин: свою тёзку и врача Марию Левину. Левина, по словам автора письма, тоже осталась с ребёнком от Черненко.
Итого – минимум пять женщин и несколько брошенных детей.
Первая жена - Фаина Васильевна Елисеева
Историк Леонид Млечин, автор книги 'Династии, кланы и семьи в России. От Ленина до Путина', утверждает: проверка подтвердила эти факты. Александр Островский в книге 'Кто поставил Горбачёва?' приводит схожие данные. А коллега Черненко по партийной работе Анатолий Черняев записал в дневнике без обиняков: 'Когда был секретарём в Пензе, прославился на всю область как пьяница и бабник.'
Вот откуда взялась характеристика, которая едва не перечеркнула всё: 'Падок на женщин.'
Но судьба распорядилась иначе.
В Молдавии Черненко попал под крыло Леонида Брежнева, который тогда возглавлял местный ЦК. Они сошлись характерами: оба неспешные, оба осторожные, оба умевшие молчать, когда нужно. Брежнев оценил преданность нового подчинённого. И с тех пор не отпускал его от себя.
В 1960-м Черненко получил пост заведующего Общим отделом ЦК. Под безликим названием скрывалась огромная машина: вся документация партии, все досье, все тайны. Черненко ежедневно докладывал Брежневу обо всём. Ходили слухи, что в его кабинете стояла аппаратура для прослушки – и что он мог слушать любого, вплоть до самого Суслова.
Член ЦК Аркадий Вольский позже признался, что прекрасно знал: все его телефонные разговоры записываются. И все это знали. Никто не возражал.
Брежнев доверял Черненко абсолютно. А тот платил преданностью – тихой, молчаливой, безоговорочной.
Аркадий Вольский

Анна Дмитриевна, вторая жена, прожила с ним сорок один год. Родила троих детей – Елену, Веру и Владимира. По воспоминаниям людей из окружения, она была женщиной удивительной стойкости. Когда Черненко стал генсеком и его здоровье стремительно ухудшалось, Анна Дмитриевна ничем не выдавала тревоги.
Сама она потом рассказывала в интервью: 'Я расплакалась, когда узнала, что муж стал Генеральным секретарём. Сказала ему: что же ты наделал, как ты мог согласиться на это?'
Она боялась за его жизнь. И оказалась права.
Черненко пробыл на посту тринадцать месяцев. Большую часть этого времени он провёл в больнице. Заседания Политбюро иногда проводились прямо в палате.
10 марта 1985 года его не стало. Ему было семьдесят три.
Его похоронили у Кремлёвской стены – последним из генсеков.
О Черненко почти сразу забыли. Горбачёв, пришедший следом, затмил всё. Новая эпоха, новые лица, новая страна.
А вот Анна Дмитриевна осталась. Пережила мужа на двадцать пять лет. По некоторым свидетельствам, в последние годы подрабатывала консьержкой. Её пенсия составляла четыре тысячи рублей. Все льготы бывшей первой леди СССР отменили ещё в девяностых.
Анна Дмитриевна с мужем

Фаина Елисеева, первая жена, так и осталась в тени. О ней не написали ни строчки в официальных биографиях. Её дочь Лидия поддерживала отношения с Анной Дмитриевной – и это, пожалуй, единственный светлый штрих во всей этой истории.
А Нина Кушнэр, Мария Левина и другие женщины – растворились в архивной пыли. Были ли они жёнами? Или только 'сожительницами', как грубовато говорили в те годы? Точного ответа нет до сих пор.
Зато есть вопрос. Как человек с такой репутацией – 'падок на женщин', 'пьяница и бабник' – стал руководителем сверхдержавы?
Сергей Ткаченко