Кaк этa жeнщинa cпacлa Cтaлингpaд и кaкую пpocьбу выпoлнил вoждь
Невидимый фронт
Великая Отечественная война — это не только танки, самолёты и пехота, идущая в атаку. Это ещё и невидимый фронт. Там, где нет выстрелов, но смерть всё равно косит людей тысячами. Инфекции. Эпидемии. Болезни, которые в условиях окопов и антисанитарии становились оружием не менее страшным, чем фашистские бомбы.
И на этом фронте у советской армии были свои герои. Их вклад в Победу был не меньше, чем у любого генерала. Они спасали тех, кто потом шёл в атаку. Они возвращали в строй тех, кого уже списали со счетов.
Одна из таких героинь — Зинаида Виссарионовна Ермольева. Учёный-микробиолог мирового уровня, которая предотвратила холерную катастрофу в Сталинграде, а потом создала советский пенициллин и снизила смертность раненых на 80 процентов .
Она спасла миллионы. А попросила за одного.
Опасный эксперимент ради науки
Зинаида Ермольева родилась в 1898 году на хуторе Фролов Области Войска Донского . В детстве её потрясла смерть Петра Чайковского: великий композитор умер от холеры. Девушка решила: буду врачом. И не просто врачом — микробиологом .
Уже на втором курсе медицинского факультета Донского университета она начала исследовательскую работу. В 1922 году в Ростове-на-Дону вспыхнула эпидемия холеры. Ермольева изучала возбудителя и его варианты. Чтобы доказать свою теорию, она пошла на отчаянный шаг — выпила раствор, содержавший полтора миллиарда холерных вибрионов .
Она перенесла тяжелейшую форму заболевания. Но эксперимент доказал: некоторые холероподобные вибрионы в кишечнике человека превращаются в истинные холерные. Это было её первое научное открытие. А опыт на себе — не последний.
«Живая вода» для Сталинграда
Лето 1942 года. Немцы рвутся к Волге. Сталинград готовится к обороне. В немецких войсках, подтянутых к городу, началась вспышка холеры. Была реальная опасность, что инфекция перекинется на советскую сторону — через воду, через контакты, через мух .
В Сталинград срочно направили Ермольеву. Она была ведущим специалистом по холере в СССР. Но эшелон с запасами холерного бактериофага — препарата, уничтожающего холерные бактерии, — разбомбила вражеская авиация. Медикаменты погибли .
Ермольева приняла решение: делать бактериофаг на месте. В подвале разрушенного здания она организовала импровизированную лабораторию.
По некоторым свидетельствам, разведчики добывали трупы умерших от холеры немецких солдат. Из них Ермольева выделяла вибрионы и выращивала специфические бактериофаги — чтобы препарат действовал против конкретного штамма, которым болели немцы . Фашисты не могли понять, зачем русским их холерные трупы. А Ермольева делала своё дело.
Вскоре производство бактериофага достигло масштаба, которого история ещё не знала: ежедневно препарат получали 50 тысяч человек . Колодцы хлорировали, отхожие места обеззараживали, сандружинницы обходили квартиры. Из города нельзя было уехать без справки о прививке. Даже хлеб без такой справки не выдавали .
К концу августа 1942 года эпидемия была остановлена .
«Сестрёнка, может, отложим наступление?»
Сам Сталин следил за положением дел. Однажды он позвонил Ермольевой и спросил: «Сестрёнка, может, отложим наступление?» .
Она ответила: «Мы своё дело выполним до конца» . И выполнила.
За этот подвиг Ермольева получила орден Ленина, а в 1943 году — Сталинскую премию I степени. Все деньги — 100 тысяч рублей — она передала в Фонд обороны. На них построили истребитель Ла-5, который летал с надписью на борту «Зинаида Ермольева» .
«Ни одной отрезанной ноги!»
Спасение Сталинграда от холеры было не единственной заслугой Ермольевой. Её главное дело — создание советского пенициллина.
В СССР лекарство поступало в мизерных количествах. Раненые умирали от сепсиса и гангрены, теряли ноги и руки. Союзники не спешили делиться технологией .
Ермольевой поручили создать отечественный пенициллин. Вместе с коллегами она искала плесневый грибок, который мог бы убивать бактерии. Образцы брали отовсюду — с земли, со стен, из воздуха. 92 пробы не дали результата.
93-м образцом стала плесень со стены бомбоубежища. Это был Penicillium crustosum. Он остановил рост микробов . Так появился первый советский антибиотик — «крустозин». Уже в 1943 году запустили его производство .
Осенью 1944 года Ермольева отправилась на Прибалтийский фронт — испытывать препарат в реальных боевых условиях. Результат превзошёл все ожидания: смертность среди раненых, получавших крустозин, снизилась на 80 процентов, количество ампутаций — на 20-30 процентов .
«Ни одной отрезанной ноги!» — говорила Ермольева .
В 1944 году в Москву приехал один из создателей западного пенициллина Говард Флори. Он привёз свой препарат. Устроили сравнительные испытания. Советский крустозин оказался не хуже, а в чём-то даже эффективнее западного. Флори назвал Ермольеву «Госпожой Пенициллин» . С лёгкой руки британца это прозвище закрепилось за ней на весь научный мир.
О чём попросила «сестрёнка»
Сталин ценил Ермольеву. Однажды он сказал, что готов выполнить её просьбу.
Ермольева попросила освободить её мужа, Льва Зильбера, талантливого учёного-вирусолога, который был осуждён по сфабрикованному обвинению на десять лет лагерей. Его обвинили в том, что он подмешивал в «кремлёвскую воду» культуру холерного вибриона. Обвинение было абсурдным, но в те годы этого хватало .
Сталин выполнил просьбу. Зильбера освободили. Он продолжил научную работу и внёс огромный вклад в советскую науку .
Этот эпизод показывает Ермольеву не только как гениального учёного, но и как женщину, которая не забывала о близких. Она спасла миллионы. А попросила за одного.
Человек, а не легенда
Зинаида Ермольева работала до последнего дня. 2 декабря 1974 года, проведя научную конференцию, она скончалась в возрасте 76 лет .
Коллеги вспоминали её как душевного, отзывчивого человека. Она не боялась рисковать — ни когда пила культуру холерного вибриона, ни когда спорила со Сталиным.
Она написала более 500 научных работ, 6 монографий, руководила 180 диссертациями. Под её руководством в СССР создали антибиотики стрептомицин, тетрациклин, левомицетин, а также противовирусный препарат интерферон — основу современной противовирусной терапии .
Она спасла Сталинград от холеры. Она создала лекарство, вернувшее в строй тысячи бойцов. Она доказала: советская наука способна на всё.
Она была великим ученым, врачом. И её оружие победило там, где пули были бессильны.
Знали ли вы об этом подвиге? А может быть в комментариях вы поделитесь своими историями о наших выдающихся ученых и медиках в годы Великой Отечественной войны?
Михаил Гуревич
TEREF