За образом сурового гения скрывается человек с непростым характером и драматичной судьбой.
17 декабря 1770 года будущий титан музыки, был крещён в Католической церкви в Бонне – городе, который в то время входил в Курфюршество Кёльнское, которое, в свою очередь, было частью Великой римской империи германской нации. Предки композитора по отцовской линии были голландского (фламандского) происхождения. Его отец Иоганн Бетховен, был тенор в придворной капелле и, как многие отцы того времени, видел в ребенке не столько дар, сколько билет в лучшую жизнь. Проект «Маленький Моцарт» казался ему идеальной схемой: талантливый сын-вундеркинд должен был приносить деньги и славу. Но когда четырехлетний Людвиг отказывался сидеть за клавиром или скрипкой, отец выбирал кнут. Побои были обычной педагогической практикой той эпохи, но от этого они не становились менее жестокими.
При этом Иоганн по-своему любил сына и искренне верил, что готовит ему блестящее будущее. Он гордился талантом мальчика и наслаждался восхищением окружающих. Вот только хорошим учителем он не был, хотя сам Людвиг вспоминал об этом иначе. В 13 лет он писал курфюрсту Максимилиану Фридриху Кельнскому:
«На четвертом году жизни самым ранним из моих юношеских занятий стала музыка. Часто музыка шептала мне: „Попробуй и запиши гармонии своей души!“»
К счастью, то, что не дал отец, восполнили другие наставники.
Так был назначен учитель, органист, дирижер и прекрасный педагог Кристиан Готлоб Нефе, именно он обучил Людвига Бетховена азам композиции и познакомил с произведениями Иоганна Себастьяна Баха. Нефе стал для юного Бетховена первым серьёзным наставником и проводником в мире музыки. В возрасте 12 лет Людвиг уже работал помощником Нефе, который занимал должность придворного органиста. А когда ему было 13, были опубликованы его первые сочинения для клавира.
Нефе был широко образованным человеком, а также масоном, как и Моцарт. Под влиянием Нефе Людвиг начал изучать иностранные языки, в том числе, латынь, итальянский и французский. Он также увлёкся литературой, а затем и философией. Среди его любимых авторов – Шиллер, Гёте и Шекспир.
В 1787 году Людвиг едет в Вену, где по некоторым данным, состоялась его встреча с Моцартом. Однако его первая поездка в Вену не была продолжительной. Тяжело заболевает, а затем и умирает его мать. Людвиг вынужден был вернуться в Бонн, где на него свалилась забота о спивающемся отце, а также о двух маленьких братьях. Он даёт уроки, работает органистом и альтистом в придворном оркестре.
С 1792 года Бетховен живёт в Вене. Он занимается с Гайдном, но у них не складывается взаимопонимания. Гайдн признаёт талант Бетховена, однако он не приемлет «избыточной» склонности своего ученика к новаторству и «мрачности». Мэтр называл своего строптивого ученика «Чингиз-ханом», «революционером» и «атеистом». Вскоре их отношения прекращаются, и Бетховен находит себе других учителей, в том числе, небезызвестного А.Сальери. Эта кажущаяся «неразборчивость» Бетховена в отношении своих учителей объясняется тем, что теоретические знания мало что добавляли к мастерству, которым он уже вполне уверенно владел на бессознательном уровне. Как и большинство гениев, он, по сути, оставался самоучкой.
Сочинять музыку Бетховену помогали различные хитрости и собственное тело.Сначала он пользовался слуховым рожком, позже находил другие способы. Например, зажимал зубами деревянную палочку, упирая ее другим концом в фортепиано, — так он мог улавливать вибрации и различать звуки.При игре и проверке аккордов он низко наклонялся к инструменту, буквально прижимаясь к нему телом.
Ритм будущих тем часто рождался во время долгих шагов по парку, где он громко пел и махал руками, слушая музыку внутри себя, записывал наброски в блокнот.
В Вене, Людвиг довольно быстро обрел славу блестящего пианиста-виртуоза и приобрёл немало платёжеспособных покровителей, а также верных друзей, среди которых были граф Андрей Разумовский и князь Николай Голицын.
В Вене же появляются произведения Бетховена, которые он помечает как «Opus 1» – это три фортепианных трио. Публикация их принесла немалый доход. В 1795 году состоялась премьера его Первого фортепианного концерта, которая прошла с огромным успехом. Материальное положение Бетховена улучшается, и теперь он мог с удовольствием помогать своим друзьям, если те испытывали материальные затруднения. Единственное, что его тогда угнетало, это «неадекватная» реакция публики, на его импровизации. Он терпеть не мог видеть слёзы на глазах слушателей. Он считал, что «чувствительность прилична лишь женщинам, у мужчины же музыка должна высекать огонь из души».
Бетховен уже тогда эпатировал публику своим неряшливым внешним видом и дерзким поведением. Если кто из слушателей имел неосторожность начать разговаривать или даже шептаться, он мог прервать выступление и обозвать всех присутствующих «свиньями». Своим покровителям он неоднократно заявлял: «Князей много, а Бетховен – один». Так сказывался его «комплекс простолюдина». И всё же его любили, а выходки его лишь добавляли ему популярности.
В 1796 году, в возрасте 26 лет, Бетховен впервые почувствовал, что начинает терять слух. Вполне возможно, что это явилось следствием «водной процедуры», которую он выполнял каждый раз, прежде чем приняться за сочинительство: он окунал голову в таз с ледяной водой, полагая, что это способствует умственной деятельности.
Бетховен продолжает сочинять, но в музыке его всё настойчивее звучит тема борьбы с судьбой. Причём борьба эта благотворна: она не подавляет человека, но побуждает его к глубоким и возвышенным размышлениям о смысле бытия. В музыке Бетховена произошло то, чего избегал Моцарт и чего боялся Гайдн. Она почти полностью утрачивает момент развлекательности и более не является «конфетой для ушей». Она становится средством выражения страстей, дотоле скрываемых или ещё незрелых. Эта музыка обрушивается на слушателя со всей своей беспощадной откровенностью, преодолевая условность искусства и подчас даже переставая быть собственно «музыкой».
Несмотря на усиливавшуюся глухоту, Бетховен продолжает сочинять и концертировать. Его произведения, несмотря на сложность музыкального языка, находят живой отклик в сердцах современников. Тиражи его сочинений растут и приносят ему немалый доход. Но глухота повергает его в отчаяние. В 1802 году он бросает всё и уезжает в тихую деревушку Хайлигенштадт, чтобы осмыслить происходящее и принять соответствующее решение. Тогда же появляется его "Лунная соната",первая часть которой – этот вальсирующий похоронный марш – стала непревзойдённым образцом выражения мужества и трагизма в музыке.
Но чем далее он уходит от мира и чем глубже погружается в себя, тем далее отступает трагизм, и тем светлее становится его музыка. Правда, это уже не внешний, не природный, а внутренний, «духовный» свет. Одиночество оказывается вовсе не таким безысходным, каким оно казалось поначалу, но, опять же, вполне благотворным. Бетховен обнаруживает в себе целые миры, которые ранее были скрыты под внешними напластованиями.
Последнее, что сочинил Бетховен, был его 16-й струнный квартет – произведение вполне традиционное, и в нём как будто ничто не предвещало, что он станет «лебединой песнью» композитора. Разве что медленная часть, которую Бетховен почему-то назвал "Сладостная песнь мира и покоя"…
Бетховен не готовился к смерти. Он был полон новых творческих замыслов. «Аполлон и музы, – говорил он, – не отдадут меня в жертву смерти, ибо я им еще так много должен… Мне кажется, что я написал только несколько нот».
Смерть Бетховена наступила 26 марта 1827 года. Она явилась следствием очередной болезни, которая поначалу не казалась смертельной, но, в конечном счёте, оказалась таковой. Совсем не как в случае с Моцартом, провожать Бетховена в последний путь вышла многотысячная толпа почитателей. Похоронен он был на центральном кладбище Вены, и на могиле его вскоре был установлен величественный памятник.
Inna Zaslavski