Ядром башкирского этноса считаются тюркоязычные племена, которые на протяжении сотен веков активно смешивались с родственными им булгарскими и сармато-аланскими племенами. В Х веке это был союз племён, разделённых на кланы, кочевавшие по обе стороны Среднего и Южного Урала от слияния Волги с Камой до Тобола. Занимались башкиры скотоводством (особенно коневодством) охотой, рыболовством и сбором дикого лесного мёда. За башкирами закрепилась репутация грозных воинов. Они 14 лет довольно успешно сопротивлялись Чингизидам на Иртыше и Тоболе, прежде чем признали себя вассалами Сарая. Орда всячески поощряла поступление башкирских стрелков на ханскую службу.
***
После взятия московскими войсками Казани, Иван Грозный предложил башкирам присягнуть ему, как «царю Казанскому», пообещав сохранить прежние права и привилегии. В 1557 году башкиры присягу принесли. Они обязались платить ясак, поставлять всадников в царское войско, не нападать на царских людей. Царь же «на вечные времена» закрепил права башкир на их земли, веру, а также признал их самоуправление. Спустя почти столетие восточно-башкирские племена присягнули России на тех же условиях. На «договорных» землях основали Уфу, которая стала центром Уфимского уезда, разделённого на 4 «дороги» (от монг. «даруга» − податный/подъясачный округ): Казанскую − на западе, Сибирскую − на востоке, Ногайскую − на юге и в центре, Осинскую − на севере. Кланы управлялись своими биями, а уфимский воевода выполнял функции арбитра.
Окончилась Смута, на престоле утвердились Романовы. Царская казна была пуста, в провинциях цвели коррупция и самоуправство, размер ясака постоянно рос (излишки оседали в карманах воевод). Участились инциденты с нарушением границ договорных земель. Магнаты и уфимские помещики ставили на башкирских землях слободки, искали руды и самоцветы. А жалобы местного населения уфимский стольник игнорировал. Все это было ещё полбеды, а «вторые полбеды» − обязательство «не воевати царских данников». Некоторое время объектом взаимных нападений были недавно пришлые калмыки, но и те вскоре договорились с царём. Башкирские старшины получили приказ освободить весь взятый у калмыков полон. А когда часть из них приказ проигнорировала, уфимский воевода Алексей Волконский послал своих людей, чтобы полон изъять. Это и стало последней каплей. Началось первое башкирское восстание.
***
Продлилось восстание два года (с 1662 по 1664 год). Башкиры атаковали слободки и сёла, основанные без их разрешения, штурмовали Катайский острог (построенный по договору), захватили город Кунгур и Степанов острог. План по разгрому восставших в генеральном сражении провалился. Вернее, сам разгром состоялся − полковник Полуэктов привёл войско из Тобольска и одержал убедительную победу близь озера Иртяш, только восстание после этого не прекратилось. Башкиры разделились на сотни летучих отрядов, нападая на обозы и поселения.
Сами башкиры, впрочем, хотели только справедливости и соблюдения прежних договоров, заключённых с Иваном Грозным. В Уфу постоянно направлялись ходоки, которые просили мира на условиях арбитража Москвы. Волоконские (Алексей и его двоюродный брат Фёдор, тоже воевода, только Казанский) на руку были не чисты, столичного вмешательства боялись, а замирить край своими силами не могли. Так что, спустя два года, неизбежное случилось: царь обратил внимание на мятежных подданых и решил выслушать их требования. В феврале 1664 года послы башкир отправились в Москву и перед государем смогли доказать свою правоту.
Арбитром был назначен тобольский воевода Степан Аргамаков. Москва официально подтвердила вотчинное право башкир на землю, Алексей Волконский был отозван и сослан, а новый воевода имел у местных репутацию «справедливого». Однако 20 лет спустя после смерти царя Алексея Михайловича его сын Фёдор III затеял налоговую реформу и войну с Османской империей. Денег в казне опять не хватало, а административные перестановки привели к тому, что башкиры вынуждены были платить ясак и Уфе, и Казани.
***
И Россия и Турция в противостоянии друг с другом активно использовали идеологическое оружие − религию. В землях мусульманских народов, союзных или подъясачных России, стали появляться турецкие проповедники, рассказывающие, что «правоверным грешно подчиняться кафирскому царю». Башкирия не была исключением. Россия, в свою очередь, старалась этому влиянию сопротивляться. Начали ходить слухи, что следующим шагом будет насильственное крещение мусульман.
В начале 1682 года старшина Сеит-батыр объявил Башкирию вассальным Турции, а башкир призвал к священной войне. Весной 30 тысяч восставших перешли Каму и атаковали российские крепости и остроги. Отдельные отряды дошли даже до Самары. Но снова повторилась та же история, что и 20 лет назад. На реке Ик отряд уфимского воеводы разбил мятежников, одновременно с этим правительство предложило биям гарантии сохранения их веры и решения вопроса с двойным налогообложением. Часть старейшин этим удовлетворилась.
Но Сеит-батыр решил продолжать джихад, а так как турецкие и крымские союзники реальной помощи не оказали, то он обратился к «многобожникам» калмыкам. Калмыцкий хан Аюка, будучи правителем амбициозным, решил поддержать Сеита. Союзники осадили Мензелинск, захватили и уничтожили несколько крупных сёл и множество маленьких слобод. Но неожиданный союз обернулся неожиданными последствиями. Аюка видел в башкирах вассалов и данников, а потому калмыцкие отряды разоряли их кочевья с тем же энтузиазмом, что и русские сёла.
***
На Сибирской дороге начался настоящий хаос. «Моджахеды» Сеита воевали с русскими войсками и калмыцкими рейдерами; верные царской присяге башкиры сражались и с теми и с другими; русские наступали на мятежников, но калмыков били только когда те грабили верных башкирцев, а на проблемы восставших кланов закрывали глаза. Положение восставших ухудшило измена Аюки. В разгар войны, когда восставшие находились в 30 верстах от Казани, калмыцкий хан вдруг перешёл на сторону неприятеля.
Смену политического курса Аюки, калмыцкий тайша Мунке-Темур расценил как поступок не достойный хана. Князь выступил против решения хана Аюки выйти из войны, счёл соглашение Аюки с русским правительством подлостью и нарушением союзнических обязательств, отказался подчиниться хану и продолжил самостоятельную войну против Русского царства на стороне башкир. Только к 1684 году командующий царскими войсками князь Юрий Урусов, с помощью яицких казаков и верных башкир, погасил мятеж.
***
Следующее башкирское восстание случилось уже в петровскую эпоху и до сих пор может считаться наглядной демонстрацией того, что может произойти, когда исполнение функций государства даётся на откуп частным предпринимателям. Модернизация страны, Северная война, строительство флота − всё это требовало новых средств, а брать их было неоткуда, только из налогов. Так возникли «прибыльщики» − частные конторы, имевших государственную лицензию на изобретение и взымание с населения новых податей. В Башкирию были направлены прибыльщики Андрей Жихарев и Михаил Дохов, работавшие в конторе некоего Вараксина.
В 1704 году Жихарев и Дохов «осчастливили» башкирский курултай 72 новыми налогами, в т.ч. на бракосочетания, на мечети, на мулл, на каждое колесо телеги, на карие глаза и пр. русский бред. Возмущённые старшины избили «прибыльщиков». В ответ казанский генерал послал войска с полицейской миссией. Командовал отрядом полковник Сергеев, человек простой и чрезмерно исполнительный. Старшин, напавших на «государевых людей» наказали жёстко − избили и бросили в подвалы. Необходимые налоги с населения взыскали, а сверх того наложили штраф самым ценным − лошадями, реквизировав более 4000 голов. В крае начались волнения.
Впрочем, знать рассчитывала решить дело миром. В 1706 году, заручившись поддержкой графа Шереметева, в Москву отправились ходоки, надеясь, как и во времена Алексея Михайловича, отстоять свои права перед царём. Ходоков в Москве приняли, челобитную пустили в дело − до Петра она впоследствие дошла, но было уже поздно. Вараксин имел связи в самых верхах − у Меньшикова, а потому башкирских послов арестовали, отправили в Казань и бросили в темницу, а лидера − повесили. Узнав об этом, башкиры взялись за оружие уже всерьёз.
***
Восстание длилось с 1707 по 1711 год. Восставшие снова попытались создать Башкирское ханство. Союзниками башкир стали каракалпаки и их хан Мурат. Он отправился с посольством в Крым и к Порте, но реальной помощи не получил − османы в это время были в мире с царём. Поначалу военные дела у башкир шли неплохо. Им удалось разгромить полк Петра Хохлова − от полка остались только командир с адъютантом, которые ускакали в Табынск. Восставшим удалось уничтожить два других полка русских, прорвать Камскую линию и выйти к Казани. Но контрнаступление царской армии, которой командовал князь Хованский, вынудило мятежников отойти за Урал.
В этой недвусмысленной и критической ситуации петровское правительство предложило лидерам движения за независимость Башкортостана переговоры. Часть мятежных биев согласилась, другие продолжали борьбу до 1711 года, непримиримые ушли в казахские степи. Пётр пошёл на уступки, отменив новые налоги, вновь подтвердив права на землю и веру. Сергеев, Жихарев и Дохов пошли под суд и были казнены за самоуправство, злоупотребление служебным положением и взятки. Лидеров восстания напротив, преследовать не стали. Башкиры снова принесли присягу царю. Некоторые кланы − аж в 1725 году.
***
В.Н. Татищев был не только автором «Истории Российской», он был государственным деятелем, промышленником и... палачом. С 1737 по 1739 год возглавлял Оренбургскую экспедицию. Именно Оренбургская экспедиция стала одной из причин восстания, которое бушевало в Башкирии с 1735 по 1740 годы. Впрочем и других причин тоже хватало, сводились они в основном к нарушениям «права на землю». Мишари активно переселялись из окрестностей Пензы и Симбирска на юг. Селились они и на башкирских общинных землях. Широкой безбрежной рекой шли на Урал русские крестьяне.
Всё это вызывало у башкир беспокойство, которое накапливалось. А полученное в 1734 году известие из Петербурга − мулла Алмяков отправил письмо своему другу, бию Ногайской дороги Кильмяку Нурушеву о будущем строительстве Орска на башкирской территории.
Башкиры решили «город строить не давать».
Восстание 1735-1740 годов было самым кровавым, и также кроваво было подавлено. Оно не отличалось крупными сражениями, зато размах карательных операций с обеих сторон ужасал. Башкирские мятежники нападали на русские сёла, слободы и крепости с невиданной ранее жестокостью. Атаковали и сохранившие лояльность кланы, которых идеологи восстания, обявляли «мунафиками» − отступниками, помогавшими «неверным» против мусульман.
Русские рассылали карательные отряды по всему краю, сжигая башкирские села. Часто − вместе с жителями.
***
Задавленный было мятеж, после смерти Кириллова от чахотки в 1737 году, вспыхнул с новой силой. Новый начальник экспедиции − Татищев жестокостью предшественника не отличался, но борьбу с восстанием вёл последовательную и планомерную, предпочитая «огню и мечу» ссылки и выселения. Результатом восстания стало разорение края. За 5 лет погибло более 7 тысяч русского населения, примерно столько же мишарей, чувашей и прочих малых народов края. Башкиры же понесли страшный урон − от 40 до 60 тысяч, из них до 16 тысяч убитых в боях и казнённых, плюс погибшие «верные» башкирцы, высланные, также те, кто бежал в казахские степи. Ногайская, Сибирская и Осинская дороги обезлюдели на четверть.
Это была уже не первая, а четвёртая война с русскими. И это был первый геноцид Россией башкирского народа. Победа России в той войне и геноцид башкир имеют самую прямую причинно-следственную связь. Без тотального террора башкирского народа − победа России была бы попросту невозможной. Но почему эти войны вспыхивали и почему башкиры, начиная с общенационального восстания 1645 года постоянно воевали против России? Главная причина − постоянное нарушение Россией, её самодержавными лидерами своих собственных обязательств по отношению к башкирам, нарушение договорных обязательств. Так было тогда, так будет и позже.
***
Сломал ли геноцид 1735-1740 годов духовный хребет башкирскому народу? Забыли ли они свою мечту о свободе, стали ли они жалобно скулящими шакалами, поддались ли они дрессировке террором? Нет, и ещё раз нет! Понеся ужасающие людские, материальные потери, башкиры остались верны своим «традициям». Если бы им, тогда, сказали бы, что появятся в будущем некоторые башкирские любители традиций, забывшие свой язык и веру, несущие на своем сайте околоимперский бред, те башкиры попросту бы не поверили в это.
Ведь у них была своя традиция − воевать против России каждому поколению, с интервалом в 15-20 лет, и не просто воевать, а побеждать имперцев. Так было, и так будет, думали они, и в роду героев никогда не бывать манкуртам. «Русских много, и может они сильнее нас. Но Аллах с нами, а Аллах сильнее русских!» − считали они. Пройдёт время и башкиры поднимутся вновь − на войну 1755-1756 годов. А после него пройдёт ещё 16 лет, и вся Башкирия поднимется на Вторую Русскую гражданскую войну 1773-1775 годов и полыхающую внутри неё пятую российско-башкирскую войну. В войне на этот раз примет участие весь башкирский народ от мала до велика, включая и выживших в четвёртой войне.
Их легко будет узнать по вырванным ноздрям, отрезанным языкам, обезображенным лицам. Эти будут беспощадны! Они будут убивать всех и каждого − они проведут тотальную массовую этническую чистку 1774 года. И сами русские будут писать: это нам ответ за зверства той войны, за Сеянтус и другие сожжённые сёла башкирцев... 130 полевых командиров поведут в бой 25 тысяч бойцов 250-ти тысячного народа. Пятая война не завершится ничьей победой, она завершится боевой ничьей. Но политическая победа будет одержана − Екатерина II не отважится на проведение массовых репрессий против башкир. Показать меньше
Nomads of the Great steppe
TEREF