Абу Али аль-Му­хас­син ат-Та­ну­хи (939 - 994, Багдад) писал: «Когда Бабека аль-Хуррами и его побратима аль-Мазьяра вели к аль-Мутасиму, аль-Мазьяр сказал: “Бабек, ты совершил такое, чего никто еще не совершал, яви и теперь беспримерную стойкость!” Бабек ответил: “Ты увидишь мою стойкость”. И когда их привели к аль-Мутасиму, халиф приказал отрубить им руки и ноги у него на глазах. Палач начал с Бабека и отрубил ему правую руку. Когда хлынула кровь, Бабек стал размазывать ее по лицу, пока оно не стало совершенно неузнаваемым.
Аль-Мутасим велел спросить Бабека, зачем он это сделал. Бабек ответил: “Скажите халифу так: ты приказал отрубить мне руки и ноги и решил умертвить меня. Ты, конечно, не собираешься прижигать обрубки моих ног и рук, и кровь будет течь, пока меня не обезглавят. Я боялся, что потеряю так много крови, что лицо мое побледнеет. Тогда люди, глядя на эту бледность, могут подумать, что я боюсь смерти и побелел от этого, а не от потери крови. Вот почему я размазал кровь по лицу, чтобы никто не увидел этой бледности”. На это аль-Мутасим сказал: “Если бы его преступления не были столь тяжки, за такую стойкость его бы следовало помиловать”. И велел палачу продолжать делать свое дело. Бабеку сначала отрубили руки и ноги, потом его обезглавили, собрали обрубки, сложили все вместе, облили нефтью и подожгли. То же самое сделали и с его побратимом, и ни тот, ни другой не издали ни единого стона».
Издательство «Наука», Москва, 1985, стр. 61-62.
Эльдар Тагиев