Как любимый нынешним президентом США Путин
Рауф Миркадыров
Трамп всё больше становится похожим на Путина. А если выразиться точнее, то они оба всё больше смахивают на бумажных тигров. У Путина просто нет выбора. Он не может остановить войну по той простой причине, что тогда не просто потеряет власть — его, как говорится, живьём сожрут. Причём свои же.
Тогда он будет рад добровольно сдаться Гаагскому суду. Там хотя бы не убивают. Европейские законы не позволяют. Хотя бы живым останется. Обеспечат безопасность. Причём будут содержать в весьма комфортабельной тюрьме. Однако Путин прекрасно осознаёт, что не успеет сдаться на милость международного правосудия. Свои не позволят. Сами накажут, как говорится, во внесудебном порядке. Он хорошо помнит уроки истории...
Но и продолжать войну до победного конца у него уже нет необходимых ресурсов. Поэтому приходится изображать озверевшего, но всё же бумажного тигра...
А у Трампа совсем другое дело. У этого ресурсов хоть отбавляй. Но не хватает политической воли. У него, условно говоря, паралич воли из-за страха вполне реальной перспективы потери власти. Он хочет выиграть войну без каких-либо потерь. А так не бывает. И поэтому постепенно, на глазах всего мира, превращается в бумажного тигра.
Трудно представить себе более трагикомичную ситуацию. Не «крутой» Трамп шантажирует нового рахбара Ирана, а полуживой, неизвестно где скрывающийся Хаменеи-младший шантажирует президента США срывом мирных переговоров. Как будто не Иран, а США находятся в блокаде. И смех, и грех...
Американцы наносят удар по военным объектам Ирана. Те, естественно, отвечают. Бьют по американской базе в одной из соседних стран. В ответ президент США, а значит и верховный главнокомандующий, сокрушается, что, оказывается, американцы сами «немного спровоцировали» иранцев, и при этом ещё расхваливает иранских переговорщиков за их «упёртость». Уму непостижимо.
Получается, что главнокомандующий фактически намекает на своё недовольство действиями американских военных, то есть собственных подчинённых, которые якобы своими ударами «немного спровоцировали» противника. Но и это ещё не всё...
Он опять обещает мир через две недели. Вдобавок вице-президент Вэнс заявляет, что при заключении «сделки» США могут не учитывать некоторые интересы своего союзника — Израиля. Вообще-то, если союзники начинают военную кампанию, они должны заранее чётко согласовать её цели, задачи и собственные интересы. Так обычно и происходит. Следовательно, либо ничего не было согласовано заранее, либо Трамп просто на полпути отказывается выполнять собственные обязательства перед Нетаньяху.
И всё это ради столь необходимого ему лично обвала цен на нефть перед предстоящими промежуточными выборами в Конгресс. Более того, Трамп фактически признаётся в этом публично.
Мне не нравится Нетаньяху. Более того, можно сказать, что я его ненавижу — как и любого другого военного преступника. Однако в одном ему нельзя отказать: он последователен. Он чётко знает, что хочет сделать, как собирается это сделать и зачем ему это нужно.
А президент США заявляет о своей готовности встретиться с Моджтабой Хаменеи и продемонстрировать ему «уважительное отношение». Это уже из области политического сюрреализма.
Для непосвящённых: сюрреализм — это авангардное направление в искусстве и литературе, возникшее во Франции в 1920-х годах. Его главная идея — освобождение разума от логики и социальных норм через погружение в мир снов, галлюцинаций и бессознательного.
Только представьте! Как будто речь идёт не о сыне погибшего Али Хаменеи, его стороннике, последователе и вероятном преемнике, а о каком-нибудь оппозиционном политике, например, наследном принце Пехлеви.
Ведь Моджтаба Хаменеи считает Трампа убийцей своего отца — наряду с Нетаньяху. И вопрос не в том, насколько Али Хаменеи был достоин такой участи. По мне — был. Другие могут считать иначе. Не в этом суть.
Но о каком «уважительном отношении» между Хаменеи-младшим и Трампом вообще может идти речь с учётом данной реальности? Неужели Трамп считает, что Хаменеи-младший должен страдать или уже страдает стокгольмским синдромом?
Трамп строит из себя «крутого», всесильного правителя минимум галактического масштаба, почти божество, которому дано право казнить и миловать. Но когда доходит до серьёзного дела, начинает вилять хвостом, словно трусливый щенок, и мгновенно превращается в миротворца.
В Тегеране прекрасно поняли, что Трамп испугался, и теперь, несмотря на катастрофичность собственного положения, стараются выжать из сложившейся ситуации максимум выгоды. Они пытаются добиться максимально выгодной для себя «сделки». Они хотят заставить Трампа удовлетвориться тем, что он якобы «покончил ещё с одной войной», а затем потребовать для себя очередную Нобелевскую премию мира — на этот раз, возможно, в компании с Моджтабой Хаменеи.
Было бы очень смешно, если бы не было так трагично. Представляете: Трамп и Хаменеи получают одну на двоих Нобелевскую премию мира и обнимаются перед объективами камер для совместной фотосессии. Целоваться взасос, как это в своё время любил делать Брежнев, они, скорее всего, не станут. Сторонники Трампа могут неправильно понять. Это всё-таки не слишком принято среди американских правых, в отличие от некоторых представителей иранской муллократии...
Однако вся проблема иранцев и самого Трампа заключается в том, что каким бы нерешительным ни был нынешний президент США, он всё же не может подписать откровенно невыгодную для Соединённых Штатов «сделку». Этого ему не простят ни американские элиты, ни избиратели.
Поэтому ему придётся и дальше поочерёдно изображать то озверевшего бумажного тигра, то голубя мира.
Почти как любимому им Путину...
9-го июня 2026-го года
Цюрих