В дневнике сына красовалась жирная двойка. Внизу страницы — вызов в школу. Я взялся за ремень, но сначала решил всё-таки выслушать ребёнка.
— Только выкладывай честно, всё как было.
Сын тяжело вздохнул и сказал:
— Это за то, что я на уроке истории сказал, что Ленин съел коня.
Я засмеялся. Времена тогда были уже довольно либеральные, но за такие шуточки могли и привлечь.
— Какого ещё коня? Коня маршала Будённого?
— Нет, шахматного. Дедушка рассказывал, что революционеры лепили шахматы из хлеба, а во время обыска их съедали.
— Что-то такое было, — пробормотал я, вспоминая биографию вождя. — Но почему коня? Ты что, не мог сказать, что Владимир Ильич ел короля? За такое получил бы пятёрку.
Сын пожал плечами, и наказание было отложено.
А я представил себе, как Ленин ест и давится пешками, а в дверь камеры стучат жандармы.
И на следующий день пошёл в школу, в которой учительница истории с порога начала шить контрреволюционную статью мне и сыну.
— Ленин — самое святое, что есть у советского человека. А тут весь класс смеялся, когда Вова заявил, что тот ел коня. Пусть даже шахматного. Так что двойка ваша вполне заслуженная. И ещё будет двойка по поведению в четверти.
Какое отношение конь имел к поведению, я не понял. Но тут же достал принесённую заранее книжку «Рассказы о Ленине».
— Вот. Здесь про это написано. Чёрным по белому.
Учительница взяла в руки книжку, полистала.
— Хм. Не читала.
— А ещё здесь написано, что Ленин любил пить пиво, — мстительно сказал я.
Учительница покраснела.
— Не может быть.
— Может, — сказал я. — Ленин был не всегда Вождём, а иногда и обычным человеком. Ел шахматных коней, пил пиво и занимался сексом.
— Чем, чем занимался?
— Так назывались тогда подпольные встречи с пламенными революционерками Кларой Цеткин и Розой Люксембург, — расшифровал я учительнице незнакомое ей слово.
— Ой. Надо запомнить. А можно я об этом расскажу ученикам? Про это есть в книжке?
— Есть, — соврал я. — Только я её оставить не могу. Надо завтра в библиотеку сдавать.
Учительница тут же исправила в дневнике и в журнале двойку на пятёрку. А я вышел на улицу и направился к пивному ларьку, на котором красовалось объявление:
«Пива нет».
На объявлении кто-то дописал химическим карандашом:
«И не будет»!
06.10.25
Дмитрий Зотиков