1987 гoд. Пocлeдний кapaул pядoвoгo Caкaлaуcкaca, кoтopый уcтpoил pacпpaву в вaгoнe cпeцпoeздa
Артурас Сакалаускас родился в 1968 году в Вильнюсе. Его отец, Адольфас, был токарем, а мать, Ольга, работала на управленческой должности в одном из отделов управления статистики. Помимо Артураса, в семье рос младший брат Эдвард. Окончив школу, Сакалаускас поступил в строительный техникум, и во время учёбы он характеризовался как рассудительный, добрый и спокойный юноша. Закончив техникум в 1986 году, Сакалаускас в июне того же года был призван в армию. Служить ему предстояло в части Внутренних войск МВД СССР №6717, расквартированной в Ленинграде. Главной задачей подразделения было сопровождение (этапирование) заключённых по всей территории СССР.
В части процветала дедовщина, старослужащие издевались над молодыми бойцами, не обошла эта участь и Сакалаускаса. Новобранца окунали в воду, запрещали ему спать ночью, опрокидывали на его голову тарелку с кашей, лишали пайка или насыпали в еду песок или соль. Ну и «воспитательный процесс» с помощью кулаков и подручных предметов, куда же без этого... Перечислять всё нет желания, да и статью не пропустят, скажу только, что сослуживцы были похуже некоторых гестаповцев в годы ВОВ. Командир подразделения никак не реагировал на происходящее, вернее, нет, реагировал – старался не предавать огласке, чтобы избежать ответственности и наказания от вышестоящего командования. Осенью 1986 года у Сакалаускаса оказалось повреждены ухо и голова в результате «воздействия» тяжёлой связки ключей. Устав терпеть, молодой солдат написал рапорт о переводе в стройбат. Но, по словам командира части, своё желание он никак не аргументировал, поэтому просьбу рядового отклонили. Чтобы не волновать родителей и любимую девушку, в письмах он не сообщал им о происходящем в части. Не решался и дать отпор обидчикам, о чем позже сильно жалел.
В части сложилась группа из шестерых «дедов», которые невзлюбили именно Сакалаускаса и от которых ему доставалось особенно часто: Семёнов (зам. начальника караула), Синицкий, Нечаев, Гатауллин, Маджунов, Джамалов. В начале февраля 1987 года Сакалаускаса определили в группу сопровождения вагонзака со 150 заключёнными из «Крестов», которых этапировали в места лишения свободы на спецпоезде № 934 по маршруту Ленинград — Свердловск — Новосибирск. То, что эта поездка будет очень непростой, солдат понял сразу, ведь в состав группы начальство определило всех шестерых его обидчиков. Начальником сквозного караула был прапорщик Пилипенко. Этот не трогал Артураса, но и не вмешивался, чтобы его защитить, хотя всё видел и знал. В первый же день поездки Пилипенко поставил Сакалаускаса в караул, с которого его не меняли более суток и не приносили еду. На вторые сутки уставший и голодный солдат пошёл к сослуживцам с просьбой сменить его на посту. Но «деды» только посмеялись над ним, поколотили и отправили обратно. Военнослужащий продержался ещё сутки на карауле, после чего уже не смог бороться со сном и уснул на расстеленной на полу шинели.
Разбудила солдата боль в стопах — сослуживцы стянули с него сапоги и портянки и использовали горящие спички для забавы. Пока рядовой пытался потушить пламя, солдаты смеялись. Смеялся и проводник поезда по фамилии Дашкиев. Напоследок старослужащие ещё раз поколотили Артураса и, приказав ему впредь не терять бдительности и не спать на посту, отправились обратно отдыхать в купе личного состава. Зэки, ставшие свидетелями этой сцены, рассказывали, что после этого Сакалаускас расплакался. Часть арестантов смеялись над ним, но у некоторых матёрых преступников это зрелище вызвало жалость, и они принялись уговаривать солдата дать обидчикам достойный отпор. Спустя неделю, когда все заключённые были доставлены в пункты назначения, поезд тронулся в обратный путь. Психологическое состояние несчастного солдата близилось к критическому, в атмосфере полной безысходности Артурас находился каждый день. Но, чтобы окончательно вывести его из себя, требовалось что-то совсем уж неординарное, и необходимо признать, в тот день «деды» действительно превзошли все рамки дозволенного.
23 февраля 1987 года солдаты Маджунов и Джамалов приказали Сакалаускасу пройти с ними в туалет, где попытались надругаться над военнослужащим. Сакалаускас от страха потерял сознание. Когда он пришёл в себя, «деды» начали угрожать ему, что сделают это уже всем караулом. Видимо, это и стало последней каплей терпения для затравленного солдата. Когда обидчики ушли, Артурас помылся и сменил кальсоны. Проходя мимо купе Пилипенко, солдат заметил, что прапорщик крепко спит, а металлический оружейный ящик не заперт. И он решился. Взяв два пистолета Макарова и патроны к ним, Сакалаускас прошёл в туалет, где зарядил оружие. После этого солдат вновь направился в купе Пилипенко и, опасаясь, что прапорщик проснётся, произвёл выстрел в него. Далее он двинулся по коридору к купе для личного состава караула, где все шестеро его обидчиков и проводник Дашкиев играли в карты. Появление Сакалаускаса в дверях купе с двумя пистолетами в руках стало для всех крайней неожиданностью и вызвало ступор. Артурас не дал опомниться своим недругам и открыл огонь с двух рук...
Сакалаускас опустошил магазины обоих ПМ. Джамалов и Маджунов не выжили. После этого Сакалаускас бросил один из разряженных пистолетов на пол, прошёл в купе Пилипенко, взял там из ящика третий пистолет, перезарядил тот, что остался у него, и вновь пошёл в купе личного состава. Те, кто ещё был жив, заблокировали дверь, и Сакалаускас произвёл несколько выстрелов прямо через дверь, а также в потолок в направлении багажного отделения, где попытались спрятаться Семёнов и Нечаев, оба не выжили. В это время прапорщик Пилипенко (живой!), придя в сознание, вышел из купе и оказался позади Сакалаускаса. Солдат обернулся и, увидев начальника, произвёл несколько выстрелов. Раненый прапорщик под огнём бросился бежать в направлении помещения кухни, достигнул её и притаился, но впоследствии там и скончался. Когда патроны опять закончились, Сакалаускас бросил эти два пистолета и, взяв ещё два в оружейном ящике, вновь подошёл к купе личного состава, вскрыл дверь и продолжил стрелять. Убедившись, что живых нет, Артурас Сакалаускас забросал тела матрацами.
Затем он вновь зашёл в купе Пилипенко и переоделся в его запасную форму. Подумав, взял деньги и документы прапорщика и сложил их в чемодан вместе с пятью пистолетами с оставшимися магазинами. Стрелять Артурас не планировал: он хотел при случае продать пистолеты или обменять их на продукты и вещи. После этого он снял у проводника Дашкиева наручные часы. Форму, которая была на нём во время расправы, солдат сжёг в топке вагона. На станции Бабаево (300 км от Ленинграда), где поезд сделал остановку, в 16:35 Сакалаускас покинул вагон. Под видом отставшего от поезда прапорщика беглец попросился на постой в один из домов. Между тем, около часа ночи поезд прибыл на конечную станцию. Встречающих удивила странная тишина в вагонзаке, и они отправились проверить, всё ли в порядке. Увиденное поразило всех... Вскоре на место прибыли сотрудники военной прокуратуры и КГБ. Вычислить имя предполагаемого виновника труда не составило — в вагоне не оказалось только рядового Сакалаускаса. Солдата объявили в розыск. Ну а Артурас добрался до Ленинграда, несколько суток прятался в подворотнях и ночевал на чердаках и в подъездах. К тому моменту о нём уже сообщили по телевидению и радио, повсюду висели ориентировки с его фотографией. В конечном итоге Сакалаускас грелся в транспорте и бесцельно катался по городу, пока его не опознала одна из пассажирок автобуса маршрута №47.
Сопротивления солдат не оказал и послушно передал милиционерам чемодан с оружием. Стоит заметить, что его почему-то не обыскали на месте, поэтому оперативники не знали, что в карманах куртки военнослужащего лежат ещё два заряженных пистолета. Но стрелять Сакалаускас не собирался — оказавшись в отделении милиции, он отдал оружие вместе с другими личными вещами. К этому времени следователи допросили заключённых, которых этапировала группа прапорщика Пилипенко, и знали обо всём, что происходило с Артурасом в поезде. Узнав все нюансы преступления, жители Вильнюса устроили митинг и собирали подписи в поддержку солдата. Они заявляли, что Артурас «был вынужден браться за оружие, чтобы защитить свою человеческую честь во время службы в рядах Советской армии». Сакалаускасу грозила высшая мера — в Московском институте судебной психиатрии имени Сербского провели экспертизу и признали его вменяемым. В конце июня следствие было завершено, дело передали в суд, но переводить Артураса из Москвы обратно в Ленинград не спешили. В итоге он просидел в «Матросской Тишине» больше трёх месяцев без особых причин.
Когда Артураса всё же перевели в Ленинград, в его психике начали наблюдаться сильные отклонения, у него развился реактивный психоз. В 1989 году его тестировал ряд опытных ленинградских психиатров, и он был признан невменяемым. Судебно-медицинская экспертиза вынесла заключение, что в момент преступления Артурас находился в состоянии глубокого психологического кризиса с деформацией психики. Суд признал Сакалаускаса невменяемым и отправил его на принудительное лечение. После развала СССР Артураса отправили на лечение в одну из литовских психиатрических клиник. Его мать и отец от переживаний за сына получили серьёзные проблемы со здоровьем и стали инвалидами 2 группы. Разнятся данные о дальнейшей судьбе Сакалаускаса. По одной версии он провёл в клинике пять лет, в 1995 году был выпущен на свободу, до сих пор жив и ведёт замкнутый образ жизни, отказывается общаться с журналистами. По другой версии его давно нет в живых. Но Саулюс Бержинис, который снял о Сакалаускасе документальный фильм «Кирпичный флаг», утверждает, что он разыскал Артураса, и тот заявил, что он «часть грандиозного эксперимента инопланетян»...
P.S. Эксперты установили, что всего рядовой Артурас Сакалаускас произвёл 46 выстрелов, 33 из которых достигли целей.
Dmitriy Zuyev
TEREF