Наука знает множество славянских божеств, но они не составляют общего пантеона. У каждого племенного объединения был любимый верховный бог, а также почитались мелкие божества. Не все, но многие из племён знали громовержца Перуна (который, вероятно, иногда отождествлялся с главным богом племени), скотьего бога Велеса, персонификацию огня Сварожича. Пантеон, который в 980 году собрал киевский князь Владимир из 6 идолов на горе, не просто не был общеславянским, но отражал полиэтнический состав Киевской державы — он создан искусственно и просуществовал лишь 8 лет, став неудачной религиозной реформой.
На волне национального подъёма в XVIII—XIX веках исследователи в разных концах славянского мира стали искать корни, на которых можно вырастить дерево настоящего панславянского пантеона, благо латинские источники богаты именами западнославянских божеств, южнославянские рукописи знают трёхголового Траяна, а русские книжники упоминают такие уникумы, как Переплут, Желя и Кара. На основе этого сочиняется грандиозный исторический фейк, который сегодня мы можем найти под заглавиями вроде «энциклопедии славянского язычества». К реально известным именам раннего средневековья докидывают персонажей былин XVIII века, песенные припевы «лель-да-полель», ряженые образы праздничных «додол» и «ярил», сказочных чудищ — и неоязычники, а заодно доверчивые патриоты славянской культуры, получают почти стройную систему панславянской мифологии. Не хуже чем у греков и скандинавов!
Действительно, почему у греков, римлян и исландцев есть пантеоны богов с уникальными «портфелями» (набором функций) и мифы, в которых эти боги не только действуют сообща, но и состоят в родстве? С появлением индоевропейской компаративистики возникла мысль, что, раз у индоевропейских греков и исландцев так — то у всех индоевропейских народов должна быть схожая разветвлённая структура божественного пантеона. Французы и ирландцы бросились сочинять галльский пантеон, валлиец Иоло Морганви придумал целый комплекс друидической магии и собраний бардов, братья Гримм и Рихард Вагнер на пустом месте выстроили германскую мифологию.
С точки зрения источников, для древних германцев и кельтов ситуация та же, что и для славян — разрозненные упоминания божеств и героев, которые не встраиваются не то, что в один пантеон, а хотя бы в один сюжет. Римские источники и галльские надписи зафиксировали около 400 имён божеств в Галлии и Британии, из них 300 — точно уникальные. Как у славян: у каждого племени — свой бог. Будь у языческих славян письменность, как у языческих галлов — сейчас бы учёные, вероятно, имели список из сотен славянских божественных имён, а не из 20—30.
* * *
Так почему у греков есть системная мифология, у исландцев — тоже (но менее системная), а у германцев, кельтов и славян — нет? Чтобы появилась мифологическая система со структурой божественного пантеона, должны сложиться несколько условий. Из которых главное — конечно, возможность и желание записать мифы. У германцев и славян не было возможности, а когда она появилась, и те, и другие крестились и разом потеряли интерес к язычеству. У галлов в эпоху поздней Римской империи возможность, может, и была, но не было мотива — более того, друиды запрещали письменно фиксировать любые знания.
Второе условие также очевидно: культурная общность. У греков была высокая мобильность если не всего населения, то хотя бы его категорий, что и привело к общности. Их купцы, мореходы, переселенцы связали разрозненные племена, и у них сложилось общество, в котором все греки ощущали себя эллинами от Сицилии до Тамани. До формирования эллинской общности, ситуация с локальными богами полностью соответствовала традиции кельтов и славян. Только культ Зевса был общим (как Перун у многих славян), а остальные — местными, причём во многих случаях заимствованными у жившего тут ранее неиндоевропейского населения. Ниже примеры знаменитых греческих богов, которые изначально не только не общегреческие, но вообще чужие, из других доиндоевропейских культур.
• Посейдон — верховный бог Микен с титулом «сотрясателя земли» и «мужа Земли», не имевший отношения к морю.
• Гера — «праматерь», верховная богиня догреческих племён Арголиды, а не ревнивая жена блудливого Зевса.
• Артемида — многогрудая верховная богиня-мать на юго-западе Малой Азии, а не девственная охотница.
• Афродита — верховная богиня плодородия с Кипра, хранительница урожая, а не плотской любви.
• Афина — хранительница дворца, богиня правящей династии Афин периода крито-микенской цивилизации.
• Аполлон — бог лука, мышей и чумы из центральной Малой Азии, возможно, хеттское божество.
• Гермес — дух дорог, живший в специально сложенных грудах камней в Аркадии.
Обратите внимание, что женские божества у индоевропейцев никогда не выходят на передний план, оставаясь лишь супругами-помощницами. А вот у доиндоевропейского населения северного Средиземноморья были развитые женские культы. Заимствованные греками Гера, Артемида, Афродита были изначально верховными богинями, «праматерями» своих племён.
Так вот, когда возникла эллинская общность и греки переизобрели письменность на финикийском алфавите, они смогли сперва записать, а потом проанализировать и структурировать свои мифы. Спасибо Гесиоду, написавшему «Теогонию», буквально — «происхождение богов». Он и другие авторы наконец объяснили греческому миру, что эти великие боги и богини из десятков мест, на самом деле, образуют стройную систему. Гера — жена Зевса, Посейдон — его брат, Афина и Афродита — дочери Зевса, рождённые без участия женщин («извини, читатель, тут что-то не склеилось!»), а Аполлон и Артемида — родные брат и сестра. И каждому авторы выдали по портфелю: Посейдону — море, Афине — мудрость, Афродите — любовь, да вы и так всё это с детства знаете.
* * *
А как эти условия сложились у исландцев, и можем ли мы по их пантеону реконструировать ранний статус «у каждого племени — свой верховный бог»? Исландское общество создано очень мобильными людьми: переселенцами из разных частей Норвегии, шотландских островов и Ирландии. Сама же Исландия относительно компактная, едва ли не все её жители в раннем средневековье были знакомы. В отличие от Руси, крещёная Исландия не стала жёстко преследовать остатки язычества, ритуалы и песни. В результате этого в XIII веке крещёные исландцы успели записать два главных источника по исландскому язычеству, Старшую и Младшую Эдды. Но, в отличие от Гесиода, у них как у христиан не было мотивации придавать языческой мифологии системный характер и упорядочивать пантеон. В результате:
• Невозможно понять, кто на самом деле главнее — старик Один или громовержец Тор. Потому что это раздваивание функции верховного бога: в Западной Норвегии верховным был Тор, а в Южной — Один.
• Не ясно, кому именно молиться в случае войны. Чертами бога войны наделены и Один, и Тор, и Тюр, и даже Бальдр.
• Современные потребители массовой культуры путаются: что ещё за Тюр, если есть Тор; это не одно и то же? Нет, Тюра у древних германцев звали Тиваз, и это тот же протоиндоевропейский корень, что и... в именах Зевса и Юпитера (deus pater). Тиваз был верховным богом, олицетворением неба у германских племён, а в Исландии превратился в ненужного статиста с единственной функций — лишиться руки, сунув её в пасть Фенрира.
• Фригг и Фрейя — это одна и та же древнегерманская богиня, прошедшая через две устных традиции и разделившаяся надвое, как амёба. Согласно исландской мифологии, Фригг замужем за вполне понятным Одином, а Фрейя — за Одом, третьестепенным персонажем, который исчез в дальних странствиях (очевидно, что Од — это дубликат имени Одина).
• Знаменитая концепция Девяти миров на ветвях мирового древа Иггдрасиль, которая в современных справочниках и God of War рисуется как аккуратная карта вселенной — это кабинетный конструкт, сшитый из разных локальных верований. Эдда упоминает «9 миров», но не даёт списка, а по названиям мы обнаружим аж 12 миров — 3 лишних?
• Бардак загробной жизни. После смерти личность может отправиться в Вальгаллу к Одину, в Фолькванг к Фрейе, в Хельхейм к Хель или вообще «в горы великанов». Изначально это традиции разных племён.
* * *
Получается, что греки и исландцы сформировали единую мифологию, потому что выполнили два важных условия: пользовались письмом и составили единую общность. Древнегерманские, кельтские или славянские племена общностью не обладали (племена, проживавшие в сотне километров друг от друга, могли ничего не знать об обрядах друг друга), а писать научились поздно. Общую «национальную» мифологию и структурированный пантеон они создать не могли.
Николай Пегасов
TEREF