СССР, конец 1970-х. Спокойное время, когда люди без страха садились в попутные машины. Никто и подумать не мог, что интеллигентный водитель, предлагающий согреться горячим чаем из термоса, окажется хладнокровным преступником. И уж тем более никто не ожидал, что под маской убийцы скрывается человек, дававший клятву Гиппократа
Зима 1978–1979 годов выдалась в Советском Союзе аномально холодной. Старожилы до сих пор помнят те трескучие морозы, когда столбик термометра опускался ниже 30 градусов, а в домах лопались батареи. Именно в это суровое время окрестности подмосковной Коломны потрясла серия загадочных и жестоких преступлений, о которых не писали в советских газетах, чтобы не сеять панику.
На заснеженных трассах стали находить замерзших людей. Сначала все списывали на трагические случайности: выпил, заблудился, заснул на морозе. Но вскоре следователи поняли: в Подмосковье орудует серийный убийца с очень необычным почерком.
«Садитесь, подвезу. Чаю хотите?»
Схема преступника была пугающе безупречной. Он выбирал случайных «голосовавших» на трассе людей — тех, кто отчаялся ждать редкий зимний автобус и замерзал на остановках. Останавливалась машина, приветливый, интеллигентного вида водитель предлагал подвезти.
В промерзшем салоне автомобиля водитель заботливо предлагал попутчику согреться: наливал горячий чай или кофе из термоса, иногда предлагал коньяк. Измученные холодом люди с благодарностью принимали угощение. Они не знали, что в напиток была подмешана мощная доза снотворного и яда.
Как только жертва теряла сознание, водитель сворачивал на глухую проселочную дорогу, забирал все ценное — деньги, часы, золотые украшения, а иногда и снимал теплую одежду. После этого он просто выкидывал бесчувственного человека в сугроб. На таком морозе смерть наступала неотвратимо.
Советская милиция берет след
Дело взяли под особый контроль. Для СССР такие серийные преступления были ЧП всесоюзного масштаба. Сыщики сбились с ног: выживших не было, свидетелей тоже.
Однако преступник допустил ошибку. На одной из вещей, сданных в комиссионный магазин (по другой версии — благодаря случайному свидетелю, запомнившему номер машины), сыщикам удалось выйти на след владельца автомобиля.
Когда оперативники установили личность подозреваемого, они не поверили своим глазам. Никакого уголовного прошлого. Никаких связей с криминальным миром. Владельцем машины оказался Денис Никифоров — блестящий врач-хирург одной из элитных московских больниц (при ЦК КПСС). Человек, который ежедневно спасал жизни людей.
Две стороны одной медали: мотив, в который трудно поверить
Задержание Никифорова стало шоком для его коллег. На работе его знали как безотказного профессионала, интеллигента, человека с безупречной репутацией. Как рука, уверенно державшая скальпель в операционной, могла хладнокровно выкидывать людей на верную смерть в снег?
На допросах хирург не стал отпираться и рассказал правду, которая поразила даже видавших виды следователей. Причиной его чудовищных поступков стала любовь и отчаяние.
Жена Никифорова была тяжело больна. Потребовалось дорогостоящее лечение и дефицитные импортные препараты, достать которые в СССР конца 70-х легальным путем было практически невозможно. Нужны были огромные деньги для покупки лекарств на черном рынке у фарцовщиков.
Видя, как угасает любимая женщина, врач, дававший клятву не навредить, сломался. Он решил, что жизнь его жены стоит жизней незнакомых ему людей. Доступ к сильным медицинским препаратам в больнице решил вопрос с орудием преступления.
Преступление без оправдания
Трагедия этой истории заключается в ее страшном парадоксе. Человек пошел на крайнюю жестокость ради спасения близкого. Он убедил себя, что действует во имя любви. Но можно ли построить счастье на костях невинных людей, у которых тоже были семьи, дети, матери?
Советский суд был непреклонен. Никакие заслуги в медицине и тяжелые семейные обстоятельства не могли стать оправданием для серии хладнокровных убийств. Закон сурово наказал «хирурга-оборотня» - расстрел. Жена Никифорова, как не странно выздоровела.
Эта история из 1979 года до сих пор заставляет задуматься о том, насколько тонка грань между человечностью и монструозностью, и о том, как легко можно потерять душу, оправдывая себя «благой целью».
/Михаил Гуревич/