Больше полувека прошло с окончания войны. А до сих пор в ее истории есть темные пятна — моменты, которые официальная история, а в особенности государственная пропаганда, тщательно скрывает.
Одна из таких страниц — эпическая история о взятии немцами Майкопа летом 1942 года. Когда город пал благодаря сталинским чиновникам и военным, которые боялись «своих» даже больше, чем немцев.
Захват Кавказа планировался в рамках операции «Блау». Задача состояла не просто в продвижении фронта. Речь шла о нефти. Майкопские промыслы были целью, ради которой строилась вся логика наступления. И советская сторона это понимала: при отходе инфраструктуру должны были уничтожить, чтобы противник не получил ресурс в готовом виде.
Но на практике война в Майкопе пошла не по учебнику. Она вообще имела мало общего с военной наукой о боевых действиях.
Как сдали Майкоп
В город зашла небольшая группа немецких диверсантов из подразделения «Бранденбург». Люди говорили по-русски, были одеты в форму НКВД, имели поддельные документы и спокойно использовали трофейный транспорт. И самое важное — они не прорывались силой. Они просто въехали в город как «свои».
Дальше произошло то, что обычно в официальных сводках описывают максимально аккуратно: они оказались внутри системы управления города.
Немцы в форме совкового НКВД появились не на окраине, не в хаосе боя. Их сразу препроводили к высшему руководству города, туда, где принимаются решения. И далее через подставного «майора госбезопасности» они получили доступ к штабам, к информации о позициях, к структуре обороны. В условиях тотального страха перед сталинскими органами, наученные годами репрессий, местные партийные органы тут же без возражений полностью перешли под контроль переодетых немцев.
Дальше начинается вторая часть истории, куда более неприятная для советской версии событий. Диверсанты выводят из строя связь. Захватывают телеграф. Запускают ложные сообщения о том, что город уже оставлен. И параллельно по оборонительным участкам начинают появляться люди в форме НКВД, которые отдают приказ отходить.
И вот здесь ломается привычная логика войны. Никто приказы людей в форме НКВД даже и не думает проверять или хотя бы подвергать сомнению. Они выполняются беспрекословно.
Красная армия отходит. Не из-за немецких танков, не из-за прорыва фронта. А потому что приказ приходит от той самой структуры, которая в советской системе означала абсолютную власть.
И возникает простой, но неприятный вопрос: что сильнее в момент хаоса — реальная линия фронта или символ власти, который внезапно появляется в тылу?
Если смотреть на немецкие описания операции и послевоенные разборы, они сходятся в одном: диверсанты били не по солдатам, а по управлению. Они понимали, что в такой системе ключевым элементом является не бой на позиции, а способность центра управлять подчиненными частями.
И здесь появляется интерпретация, которая до сих пор вызывает споры.
Похоже, что немецкая группа не столько «обманула гарнизон», сколько воспользовалась тем, как устроено советское управление в условиях войны. Централизованная система, жесткая вертикаль, привычка действовать по приказу сверху — все это в нормальной ситуации, по советским представлениям, дает устойчивость. Но в момент, когда связь рушится, а на месте появляется человек, который выглядит как носитель этого самого «верха», система начинает реагировать автоматически.
Не думая. Не проверяя. Просто исполняя.
Я не утверждаю, что именно это решило судьбу города. Майкоп не был взят «без боя» — сопротивление было, и бои шли. И главное — стратегическая цель немцев в итоге не была достигнута: нефтепромыслы оказались выведены из строя до их полного захвата, и восстановление добычи заняло месяцы.
Но остается то, что не исчезает даже после уточнения всех военных деталей. Слишком много свидетельств о том, что в какой-то момент управление в городе начало рассыпаться быстрее, чем линия фронта.
И отсюда главный вопрос этой истории. Что в таких ситуациях важнее — сила армии на земле или устойчивость системы управления в тылу, когда кто-то чужой может просто надеть нужную форму и на время стать «центром власти»?
Майкоп, возможно, и есть ответ на этот вопрос. И он, если честно, не самый удобный.
Майкоп и современная российская армия
А еще у меня возникает такой вопрос. Интересно, а если сейчас заслать в Крым или в Белгород команду представителей Путина или непонятных людей, которые представятся сотрудниками ФСБ, что будет?
Вот придет кто-то к Аксенову и скажет: «Собирайся, мы за тобой. Ты, дорогой друг, доворовался, тебя требуют в Москву, на Лубянку и в Лефортово». И то же самое — в местном штабе российской армии: «Мы за вами, отдавайте приказ сдать полуостров (или город) и поехали».
Как вы думаете, они оставят позиции? Кто-нибудь будет «воевать за родину»? Или они сражаются не за позиции, а за свою кормушку, а также за свою свободу — потому что на каждого из них наверняка и в реальной «конторе» есть папка.
Может быть, украинской армии и НАТО стоит этот метод тоже попробовать?..
Алексей Суховерхов