В 7 утра, без предупреждения, он лично появился в Национальных институтах здравоохранения (NIH) и спросил у исследователей, может ли он посетить пациентов в детском отделении больных СПИДом.
Когда служба безопасности попыталась проинструктировать его о протоколах и мерах предосторожности, Буш отмахнулся и сказал:
«Я пришёл навестить больных детей, а не устраивать фотосессию. Никаких камер, никакой прессы — просто дайте мне побыть с этими детьми».
Этот визит был по-настоящему мужественным из-за времени, в которое он произошёл. 1989 год стал пиком истерии вокруг СПИДа в США. Невежество и страх были настолько сильны, что даже некоторые медицинские работники отказывались прикасаться к пациентам. Но Буш провёл три часа, переходя от одной койки к другой, держа детей за руки, слушая их истории и в какой-то момент сел прямо на пол, чтобы играть в LEGO с шестилетним мальчиком по имени Майкл, которого семья бросила после диагноза.
Доктор Энтони Фаучи, сопровождавший Буша тем утром, позже рассказал, что президент задавал подробные вопросы о путях передачи вируса, лечении и финансировании исследований. А затем тихо сказал:
«Тони, мы должны делать больше — это же дети, ради Бога, и они умирают, пока люди спорят, заслуживают ли они помощи».
Уже через несколько недель Буш добился значительного увеличения финансирования исследований СПИДа, несмотря на политическое сопротивление со стороны консервативных членов собственной партии.
О чём почти никто не знает: Буш возвращался в это отделение ещё четыре раза во время своего президентства, всегда без присутствия прессы. Он лично переписывался с несколькими детьми и их семьями. Одна мать позже рассказала, что Буш каждый год отправлял её сыну поздравительные открытки с днём рождения, пока мальчик не умер в 1992 году. Буш также присутствовал на его небольших частных похоронах в Мэриленде, тихо сидя на задней скамье, а затем сказал матери:
«Ваш сын научил меня мужеству — он боролся так стойко и оставался таким светлым. Я никогда его не забуду».
Самая трогательная и прекрасная деталь стала известна много лет спустя, когда медсестра Майкла, Патрисия Лопес, рассказала в интервью, что после того первого утра, когда Буш играл с ним в LEGO, мальчик — почти переставший говорить из-за депрессии — вдруг снова начал разговаривать. Он говорил всем:
«Президент держал меня за руку и не боялся меня, значит, я, наверное, не такой уж страшный».
Эта единственная встреча дала ему достаточно надежды, чтобы бороться и жить ещё три года.
И то, что окончательно разбивает сердце, — это осознание, что Джордж Буш-старший использовал власть своего поста не для того, чтобы дистанцироваться от страданий, а чтобы буквально опуститься на пол рядом с умирающими детьми, в то время как большая часть Америки боялась даже дышать с больными СПИДом одним воздухом.
Он доказал, что моральное лидерство иногда означает делать непопулярные вещи — прикасаться к тем, кого считают «неприкасаемыми», и показывать своими поступками, что каждая человеческая жизнь имеет достоинство и ценность, независимо от болезни и того, как она была получена.
4K Project
TEREF