В начале XX века 50-миллионная Австро-Венгерская империя трещала по швам. Чехи, венгры, поляки, сербы и другие народы центральной Европы, объединенные волею судеб в границах одного государства, стремились к национальной автономии. Как минимум. В местных элитах присутствовали и более радикальные настроения. Было очевидно, что реформирование Австро-Венгрии неизбежно. Но правящий император Франц Иосиф был на это не способен.
К 1900-му году он уже 52 года восседал на троне и придерживался устаревших взглядов не только на государственное устройство. Он еле-еле согласился на электрификацию монаршей резиденции и наотрез отказался ее телефонизировать. Проявления дремучего консерватизма императора доходили до абсурда. Например, он приказал в одном из дворцовых залов навсегда зашторить окно с видом на возмутительно новаторское здание в стиле модерн, никогда даже не садился в автомобиль и не пользовался лифтами.
Не удивительно, что взгляды передовой австро-венгерской общественности были обращены в сторону Франца Фердинанда, племянника старорежимного монарха. Молодой Габсбург стал наследником престола после того, как единственный сын Франца Иосифа покончил с собой, предположительно, из-за запущенного сифилиса. Но потенциалом Франца Фердинанда интересовалась не только общественность. Принц был холостяком, и юные создания с голубой кровью и видами на королевскую корону метали в него томные взгляды. Увы, напрасно.
В 34 года самый завидный жених Европы был высоким светлоглазым брюнетом с пышными усами, крепким, но неповоротливым с виду, всегда мрачным и молчаливым. За что получил насмешливое прозвище «Бельведерский сфинкс» (Бельведер – дворцовый комплекс в Вене) и репутацию несколько странного человека. Он испытывал страсть к охоте, коллекционировал чучела животных, а также орудия пыток прошлых веков. Рядом с эрцгерцогом не все чувствовали себя комфортно и поводов для разговоров о себе он практически никогда не давал. Но один поступок Франца Фердинанда стал абсолютной сенсацией. И поводом для нее, конечно, была женщина.
Графиня София Мария Джозефина Альбина Хотек принадлежала к аристократической чешской семье, главным богатством которой была ее история. Поэтому при дворе наша героиня занимала почетное место гувернантки трех дочерей эрцгерцогини Изабеллы, сестры императора Франца Иосифа. София уже перешагнула 30-летний барьер и заслуженно считалась «старой девой».
Она отличалась царственной осанкой, прекрасными серыми глазами, прелестной улыбкой и роскошными золотисто-рыжими волосами, но этих достоинств было мало, чтобы рассчитывать на хорошую партию. К тому же, при всей своей женственности, тонкой душевной организации и куче комплексов, девушка была застенчивой, что тоже не способствовало привлечению кавалеров. Конечно, она втайне мечтала выйти замуж по любви, но беспощадное время не давало ей ни единого шанса на это. Зато новогодний бал, организованный в Праге ее работодательницей и тетушкой наследника австро-венгерского престола, все-таки подарил почти разуверившейся Софии шанс стать счастливой женой и матерью.
Милое лицо и серьезный взгляд девушки сразу и навсегда пленили сердце Франца Фердинанда. Он только с ней разговаривал на балу, испортив праздничное настроение многочисленным незамужним представительницам самых знатных европейских семей, присутствовавшим на мероприятии. На следующий день София получила любовное послание от эрцгерцога, и между ними завязалась переписка. Через какое-то время молодые люди начали тайно встречаться. Но долго что-то скрывать в дворцовом террариуме было невозможно, и любовники, конечно же, были разоблачены.
Понимая, что репутация его возлюбленной пострадала окончательно и бесповоротно, Франц Фердинанд официально объявил бедную скромную гувернантку своей невестой. Заявление принца потрясло семью и всю Европу. Император немедленно вызвал неразборчивого племянника «на ковер» и потребовал отказаться от этой безумной затеи. Увы, напрасно.
Франц Фердинанд был непреклонен и угрожал отказаться от престолонаследования в пользу женитьбы. Престарелому венценосцу пришлось согласиться на компромиссный морганатический брак. Жена и будущие дети эрцгерцога лишались прав на императорскую корону, но молодоженов это совершенно не огорчало. Они поселились в Чехии, в замке Конопиште, который стал резиденцией семьи, и где у четы родились трое детей. Супруги навсегда сохранили очень теплые и доверительные отношения друг с другом и старались не разлучаться даже ненадолго, поэтому беременная София сопровождала эрцгерцога во время его очередного официального визита в одну из провинций Австро-Венгрии, Боснию, которая недавно была аннексирована империей Габсбургов.
Худший день для посещения «новых территорий» надо было еще поискать! 28 июня - Видов день или Видован, главный праздник Сербии, в который почитается память святого мученика князя Лазаря и всех воинов, погибших в битве на Косовом поле в 1389 году. Следствием победы войск Османской империи в этой битве стала потеря Сербией независимости. Многочисленное сербское население Боснии, мягко говоря, без любви относилось к новым поработителям. Местные управленцы это знали и запросили в имперском центре «группу поддержки» для Фердинанда. Вена согласилась отправить пять полицейских сыщиков накануне визита, которые разведают оперативную обстановку и с ее учетом предложат меры безопасности для высокого визитера. Принимающая сторона настаивала на 30 «командировочных», потому что понимала настроение широких народных масс. В Вене подсчитали расходы и решили вообще никого не посылать, раз такое дело. Бюджет на него не предусмотрен! В результате безопасность Франц Фердинанд в Сараево вообще никак не была обеспечена.
Это была последняя точка в его небольшой поездке. Австро-Венгрия устроила на Балканах военные маневры, чтобы продемонстрировать боеспособность своей армии. Прошли они «согласно протоколу», следуя ему же, наследник короны должен был выступить перед ратушей в Сараево с приветственной речью для верноподданных.
Молодые радикалы из группы «Черная рука» к ним не относилась. «Единение или смерть» был их девиз. И за идею объединенной Сербии они действительно были готовы умереть. Предварительно, конечно, нанеся непоправимый ущерб Австро-Венгрии. Так как группа была малочисленной, убийство одного человека представлялось посильной задачей. Молодые бунтари не знали маршрут следования небольшого кортежа Франца Фердинанда. Но, чтобы попасть к ратуше, его машина обязательно должна была пересечь один из мостов через речку Миляцку. Таким образом, рядом с шестью мостами высокого гостя в засаде ожидало шесть боевиков.
Три машины кортежа, в которых находились представители местной знати, желавшие выказать почтение принцу, двигались по городу очень медленно. Но террорист, стоявший возле первого моста, его попросту пропустил. Запала не хватило! Неделько Чабринович, который ждал машины возле второго моста, бросил в нее гранату, которая отскочила от откидного верха автомобиля, взорвалась при приближении следующего и ранила в общей сложности 20 человек.
Проглотив таблетку с ядом, Чабринович прыгнул в реку. Самоубийство не удалось, таблетка вызвала рвоту, и бедолагу вытащили из реки полицейские. Франц Фердинанд остановил свою машину, чтобы выяснить, какая помощь нужна пострадавшим. После чего кортеж рванул с большой скоростью к Ратуше, и оставшиеся террористы были уже не способны что-то предпринять. К тому же, они были деморализованы. Покушение провалилось!
Чтобы утешиться, 18-летний заговорщик Гаврила Принцип отправился в кондитерскую «Деликатесы Морица Шиллера» выпить кофе с пирожным. Каково же было его удивление, когда, выйдя на улицу, он прямо перед собой увидел машину эрцгерцога, которая пыталась развернуться на узкой улочке. Франц Фердинанд с женой направлялись в госпиталь, чтобы навестить жертв покушения, но так как логистикой никто профессионально не занимался, шофера никто не предупредил, по какой дороге ехать, и уже по ходу движения сопровождающие определялись с маршрутом.
Гаврила Принцип достал револьвер, и в упор выстрелил во Франца Фердинанда и его жену. Они умерли в течение часа, держась за руки. Никто и представить себе не мог, что эта трагедия станет триггером Первой мировой войны, которая началась ровно 112 лет назад. «Ваше Высочество, за Вами в лучший мир последует еще небывалая свита», - рисунок с этими словами появился во многих европейских газетах, когда масштаб катастрофы стал очевиден. А если учесть, что следствием Первой мировой стала Вторая, следствием Второй мировой – холодная война, а следствием ее – нынешняя российская агрессия, то эта «свита» продолжает увеличиваться:(
Иллюстрация: Елена Мироседина
Griffon Sisters' Stories