Чем больше я изучаю психологию, историю и судьбы женщин, тем сильнее меня поражает одна вещь.
Насколько грандиозную аферу провернул патриархат.
Причём самое интересное — большинство женщин до сих пор даже не замечают масштаб этой подмены.
Женщине сказали:
— ты слабая.
И тут же взвалили на неё всё, что сами не захотели нести.
Женщине сказали:
— ты глупая.
Но почему-то именно её идеями, открытиями, трудами и талантами регулярно пользовались другие.
Женщине сказали:
— ты слишком эмоциональная.
И почему-то именно она потом годами собирала по кусочкам последствия чужой эмоциональной незрелости.
Женщине сказали:
— твоё предназначение рожать детей.
Но запретили быть живой, сексуальной, чувствующей женщиной.
Вам не кажется, что здесь что-то не сходится?
Меня недавно вообще накрыло одним осознанием.
Девочка рождается под фамилией отца.
Выходит замуж — получает фамилию мужа.
И тут я вдруг подумала:
а где женщина?
Где её род?
Где её линия?
Где память о тех женщинах, которые рожали, выживали, вытаскивали семьи из голода, войн и катастроф?
Получается удивительная история.
Жизнь приходит через женщину.
Но род почему-то считается через мужчину. Вы можете отследить род по мужской линии.
Если же вы захотите взять фамилию своего женского рода, фамилию своей женской ветки, вы её не найдете, если вы, конечно, не еврейка, её нет
Ваша мама носила фамилию своего отца, а потом вашего; ваша бабушка также носила фамилию своего отца, а потом вашего деда. Фамилии женской ветки нет, нет истории женщин, продливших свой род.
И самое гениальное в этой конструкции даже не она сама.
Самое гениальное — что миллионы людей перестали задавать к ней вопросы.
Вообще, если внимательно посмотреть на патриархат, он редко что-то отбирал силой.
Он действовал намного хитрее.
Он называл ограничение добродетелью.
Подчинение — женственностью.
Молчание — мудростью.
Страх — скромностью.
Самоотречение — любовью.
А потом убеждал женщин, что именно так и выглядит норма.
И знаете, что меня всегда забавляет?
Женщинам веками рассказывали, какие они глупые.
Но при этом почему-то постоянно пользовались их интеллектом.
Сколько историй, где женщина пишет, создаёт, придумывает, исследует, а потом её работа оказывается под чужим именем?
Сколько женщин сомневаются в своей компетентности даже тогда, когда объективно сильнее большинства вокруг?
Удобно, правда?
Сначала убедить человека, что он ничего не стоит.
А потом пользоваться его ресурсами.
Это вообще один из любимых механизмов любой системы контроля.
Но времена меняются.
И то, что я наблюдаю сейчас, нравится мне гораздо больше.
Женщины начинают задавать вопросы.
Не бунтовать ради бунта.
Не воевать с мужчинами.
Не доказывать, что они лучше.
А задавать неудобные вопросы.
Те самые вопросы, которых система всегда боится больше всего.
Потому что любая иллюзия живёт ровно до того момента, пока человек не начинает смотреть на неё внимательно.
И нет, я не ненавижу мужчин.
Более того, психологически зрелых мужчин я глубоко уважаю.
Они не пугаются разговоров о теневых сторонах патриархата.
Потому что понимают: если речь идёт о незрелости, манипуляциях, инфантильности или злоупотреблении властью, то речь идёт не обо всех мужчинах.
А о конкретных явлениях.
Кричать обычно начинает не зрелость.
Кричать начинает то, что почувствовало себя узнанным.
Именно поэтому я пишу эти тексты.
Не чтобы обвинять.
А чтобы женщины перестали автоматически верить всему, что им рассказывали о них самих.
Потому что однажды наступает момент, когда женщина смотрит на все эти старые правила и спрашивает:
«Подождите. А кто вообще решил, что это правда?»
И вот с этого вопроса начинается не конфликт.
С этого вопроса начинается пробуждение.
Евгения Злотникова